Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
25 октября 1917 года — дата Октябрьской революции в России по старому стилю.
календарь интеллигентного коллекционера 2020-2023
- Автор темы Андрей Пустоваров
- Дата начала
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
пятница, 31 октября
суббота, 1 ноября
воскресенье, 2 ноября
На эти выходные выпала целая интересная цепочка праздников, традиций, событий, порою переплетенных друг с другом.
Начну с Хэллоуина. Он как раз сегодня, в пятницу, 31 октября. Для любителей ужасов 1 и 3 можно помкеяит местами.
Слово «Хэллоуин» — это сокращение фразы All Hallows Even, что переводится как «вечер Всех Святых», то есть канун праздника.
Хэллоуин берет начало в языческом обряде кельтов Самайн (Samhain), который символизировал переход в темную половину года и общение с потусторонним миром. Считалось, что в это время духи умерших могут вернуться на землю. Пытаясь отпугнуть темные силы, кельты надевали устрашающие маски.
Хэллоуин наиболее популярен в США, Канаде, Британии, Ирландии и некоторых странах Европы. Вечером 31 октября люди, отмечающие этот праздник, создают атмосферу легкого ужаса и веселья — наряжаются в костюмы нечисти, украшают дома тыквами с вырезанными лицами, участвуют в вечеринках, парадах и праздничных гуляниях. Дети по этому поводу отправляются на обход соседних домов с фразой «Сладость или гадость» в надежде получить угощения.
Довольно странно совпало то, что в 1961 году именно в этот день тело Сталина тайно убрали из Мавзолея на Красной площади.
В ночь с 31 октября на 1 ноября 1961 года по решению XXII съезда КПСС тело Иосифа Сталина вынесли из Мавзолея и тайком захоронили у Кремлевской стены. До этого момента саркофаг со Сталиным успел простоять в Мавзолее свыше восьми лет, он был помещен туда 9 марта 1953 года, спустя четыре дня после смерти вождя. Во время первых похорон прощаться с генералиссимусом пришли огромные толпы людей, и в какой-то момент на перекрытой грузовиками Трубной площади у Дома Союзов возникла сильная давка, были затоптаны сотни или даже тысячи граждан, причем масштабы той трагедии всячески скрывались.
Также в эту пятницу довольно незаметно проходит день Реформации. Похоже, что активно его отмечают раз в сто лет, так как в 2017 году этот день сделали выходным. Очень значимое событие в европейской истории и Мартин Лютер часто попадает в опросы по десятке, двадцатке и подобных опросах по великим немцам в истории.
День Реформации — Германия. В этот день лютеране вспоминают события 1517 года, когда монах Мартин Лютер обнародовал 95 тезисов с критикой католицизма, что послужило началом Реформации в Европе. В большинстве земель Германии это официальный праздник. В протестантских церквях проходят особые богослужения, концерты органной музыки, детские программы. В этот день пекут булочки с четырьмя свернутыми углами и каплей красного джема посередине. Они символизируют личную печать Мартина Лютера.
Еще есть такая фишка, печь в этот день реформаторские булочки - Reformationsbrötchen - Реформаторская булочка Представляет собой сладкую выпечку с конфитюром из дрожжевого теста с изюмом квадратной или округлой формы диаметром около 13 см, которая символизирует розу Лютера - Lutherrose— печать, которой реформатор скреплял свою переписку. Считается, что реформаторская булочка является своеобразным ответом протестантов на сладкий «мартинский брецель», который немецкие католики по традиции выпекали ко Дню святого Мартина. В отличие от розы Лютера у реформаторской булочки только четыре «лепестка», красное сердце с крестом в середине обозначается конфитюром и двумя наложенными сверху перекрещенными полосками теста. В течение нескольких недель в преддверии праздника реформаторские булочки можно увидеть на витринах многих саксонских булочных.
также сегодня - День памяти апостола и евангелиста Луки
Лука — христианский святой, автор одного из четырех Евангелий и книги «Деяния святых апостолов». Он был врачом и знатоком права, сопровождал в этом качестве апостола Павла. Лука принадлежал к числу 70 учеников Христа. Составляя жизнеописание Спасителя, евангелист стремился наиболее полно и последовательно отразить все, что было известно в то время об Иисусе. Много внимания апостол Лука уделил учению о всеобщем спасении и о вселенском значении евангельской проповеди. Также он считается первым иконописцем, создавшим иконы Божией Матери и апостолов Петра и Павла.
А в России в этот день отмечался праздник Лука Голодный, или Луков день. Лука - лук... Лук от семи недуг.. Плавный, так сказать, переход.
На Руси к луку относились с особым почтением, ведь это овощное растение считалось главным лекарственным средством. В день памяти евангелиста Луки было принято проводить луковые базары и есть как можно больше лука, так как считалось, что в Луков день это особенно полезно.
Плохой приметой считалось обжорство, наши предки полагали, что в этот день еда без меры сулит голод в ближайшем будущем. Лучше немного поголодать: отсюда и название праздника — Лука Голодный.
Девушки по луковой шелухе гадали на суженого. Если с лука удавалось снять три одежки — свадьба не за горами. Шелуху хранили до Пасхи.
Хэллоуин — ночь накануне «Дня всех святых». Так что в субботу, 1 ноября, день всех святых. У нас тут в Германии это выходной.
В Католической и некоторых лютеранских церквях День Всех святых является неподвижным праздником и отмечается 1 ноября. На следующий день 2 ноября празднуется День всех усопших верных.
День всех усопших верных, или Поминовение всех усопших верных (лат. [Dies] in commemoratione omnium fidelium defunctorum), также День поминовения душ умерших родственников — день поминовения усопших верных в римско-католической церкви, отмечаемый 2 ноября, вслед за Днём всех святых. В отличие от Дня всех святых, это прежде всего поминовение умерших родных и близких. В этот день в разных странах принято ходить на кладбища, убирать могилы зеленью и цветами, зажигать на них свечи, устраивать общую семейную трапезу.
А в православии день памяти усопших выпал в этом году на субботу, 1 ноября
Дими́триевская суббо́та, Димитриева суббота — день всеобщего поминовения усопших, родительская суббота в традиции Русской, Сербской и Болгарской православных церквей.
При этом в богослужебном уставе этот день не является заупокойным. Совершается ежегодно в субботу перед днём памяти великомученика Димитрия Солунского, приходящимся на 26 октября (8 ноября). У русских последний поминальный день в году, когда поминали усопших предков.
Добавлю, что и Новом свете в этот день поминают умерших.
День мёртвых (исп. El Día de Muertos) — праздник, посвящённый памяти умерших, проходящий ежегодно 1 и 2 ноября в Мексике, Гватемале, Гондурасе и Сальвадоре. По поверью, в эти дни души умерших родственников посещают родной дом. Традиция восходит к индейцам майя и ацтекам, которые приносили дары богине Миктлансиуатль[ и сооружали стены с изображением черепов — цомпантли.
суббота, 1 ноября
воскресенье, 2 ноября
На эти выходные выпала целая интересная цепочка праздников, традиций, событий, порою переплетенных друг с другом.
Начну с Хэллоуина. Он как раз сегодня, в пятницу, 31 октября. Для любителей ужасов 1 и 3 можно помкеяит местами.
Слово «Хэллоуин» — это сокращение фразы All Hallows Even, что переводится как «вечер Всех Святых», то есть канун праздника.
Хэллоуин берет начало в языческом обряде кельтов Самайн (Samhain), который символизировал переход в темную половину года и общение с потусторонним миром. Считалось, что в это время духи умерших могут вернуться на землю. Пытаясь отпугнуть темные силы, кельты надевали устрашающие маски.
Хэллоуин наиболее популярен в США, Канаде, Британии, Ирландии и некоторых странах Европы. Вечером 31 октября люди, отмечающие этот праздник, создают атмосферу легкого ужаса и веселья — наряжаются в костюмы нечисти, украшают дома тыквами с вырезанными лицами, участвуют в вечеринках, парадах и праздничных гуляниях. Дети по этому поводу отправляются на обход соседних домов с фразой «Сладость или гадость» в надежде получить угощения.
Довольно странно совпало то, что в 1961 году именно в этот день тело Сталина тайно убрали из Мавзолея на Красной площади.
В ночь с 31 октября на 1 ноября 1961 года по решению XXII съезда КПСС тело Иосифа Сталина вынесли из Мавзолея и тайком захоронили у Кремлевской стены. До этого момента саркофаг со Сталиным успел простоять в Мавзолее свыше восьми лет, он был помещен туда 9 марта 1953 года, спустя четыре дня после смерти вождя. Во время первых похорон прощаться с генералиссимусом пришли огромные толпы людей, и в какой-то момент на перекрытой грузовиками Трубной площади у Дома Союзов возникла сильная давка, были затоптаны сотни или даже тысячи граждан, причем масштабы той трагедии всячески скрывались.
Также в эту пятницу довольно незаметно проходит день Реформации. Похоже, что активно его отмечают раз в сто лет, так как в 2017 году этот день сделали выходным. Очень значимое событие в европейской истории и Мартин Лютер часто попадает в опросы по десятке, двадцатке и подобных опросах по великим немцам в истории.
День Реформации — Германия. В этот день лютеране вспоминают события 1517 года, когда монах Мартин Лютер обнародовал 95 тезисов с критикой католицизма, что послужило началом Реформации в Европе. В большинстве земель Германии это официальный праздник. В протестантских церквях проходят особые богослужения, концерты органной музыки, детские программы. В этот день пекут булочки с четырьмя свернутыми углами и каплей красного джема посередине. Они символизируют личную печать Мартина Лютера.
Еще есть такая фишка, печь в этот день реформаторские булочки - Reformationsbrötchen - Реформаторская булочка Представляет собой сладкую выпечку с конфитюром из дрожжевого теста с изюмом квадратной или округлой формы диаметром около 13 см, которая символизирует розу Лютера - Lutherrose— печать, которой реформатор скреплял свою переписку. Считается, что реформаторская булочка является своеобразным ответом протестантов на сладкий «мартинский брецель», который немецкие католики по традиции выпекали ко Дню святого Мартина. В отличие от розы Лютера у реформаторской булочки только четыре «лепестка», красное сердце с крестом в середине обозначается конфитюром и двумя наложенными сверху перекрещенными полосками теста. В течение нескольких недель в преддверии праздника реформаторские булочки можно увидеть на витринах многих саксонских булочных.
Evangelischer Bund -Евангелический Союз
Evangelischer Bund Für treue Dienste zur Wahrung der deutschprotestantischen Interessen
alteorden.com
также сегодня - День памяти апостола и евангелиста Луки
Переходи на живопись - Евангелист Лука
Лука́ (греч. Λουκᾶς) — апостол от семидесяти, сподвижник апостола Павла, христианский святой, почитаемый как автор одного из четырёх Евангелий и Деяний святых апостолов. Был врачом (Кол. 4:14), возможно, судовым доктором. «Мураториев канон» сообщает, что Лука также был знатоком права, поэтому...
alteorden.com
А в России в этот день отмечался праздник Лука Голодный, или Луков день. Лука - лук... Лук от семи недуг.. Плавный, так сказать, переход.
На Руси к луку относились с особым почтением, ведь это овощное растение считалось главным лекарственным средством. В день памяти евангелиста Луки было принято проводить луковые базары и есть как можно больше лука, так как считалось, что в Луков день это особенно полезно.
Плохой приметой считалось обжорство, наши предки полагали, что в этот день еда без меры сулит голод в ближайшем будущем. Лучше немного поголодать: отсюда и название праздника — Лука Голодный.
Девушки по луковой шелухе гадали на суженого. Если с лука удавалось снять три одежки — свадьба не за горами. Шелуху хранили до Пасхи.
Хэллоуин — ночь накануне «Дня всех святых». Так что в субботу, 1 ноября, день всех святых. У нас тут в Германии это выходной.
В Католической и некоторых лютеранских церквях День Всех святых является неподвижным праздником и отмечается 1 ноября. На следующий день 2 ноября празднуется День всех усопших верных.
День всех усопших верных, или Поминовение всех усопших верных (лат. [Dies] in commemoratione omnium fidelium defunctorum), также День поминовения душ умерших родственников — день поминовения усопших верных в римско-католической церкви, отмечаемый 2 ноября, вслед за Днём всех святых. В отличие от Дня всех святых, это прежде всего поминовение умерших родных и близких. В этот день в разных странах принято ходить на кладбища, убирать могилы зеленью и цветами, зажигать на них свечи, устраивать общую семейную трапезу.
А в православии день памяти усопших выпал в этом году на субботу, 1 ноября
Дими́триевская суббо́та, Димитриева суббота — день всеобщего поминовения усопших, родительская суббота в традиции Русской, Сербской и Болгарской православных церквей.
При этом в богослужебном уставе этот день не является заупокойным. Совершается ежегодно в субботу перед днём памяти великомученика Димитрия Солунского, приходящимся на 26 октября (8 ноября). У русских последний поминальный день в году, когда поминали усопших предков.
Добавлю, что и Новом свете в этот день поминают умерших.
День мёртвых (исп. El Día de Muertos) — праздник, посвящённый памяти умерших, проходящий ежегодно 1 и 2 ноября в Мексике, Гватемале, Гондурасе и Сальвадоре. По поверью, в эти дни души умерших родственников посещают родной дом. Традиция восходит к индейцам майя и ацтекам, которые приносили дары богине Миктлансиуатль[ и сооружали стены с изображением черепов — цомпантли.
Последнее редактирование:
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
10 ноября 1894
В Ковенской губернии (сейчас Литва) родился Георгий Иванов. «Первый» и «проклятый» поэт русской эмиграции.
Мне больше не страшно. Мне томно
Я медленно в пропасть лечу
И вашей России не помню
И помнить ее не хочу
И не отзываются дрожью
Банальной и сладкой тоски
Поля с колосящейся рожью
Березки, дымки, огоньки
Родители были из семей потомственных военных. Зимами жили в гарнизонном городке, лето проводили в деревенском имении.
В 11 поступил в Ярославский кадетский корпус. Учился средне, лучшие баллы имел по закону Божию и географии. В 13, по просьбе отца, перевелся в Петербург. Успеваемость упала — из-за нелюбви к жесткой дисциплине.
В награду за мои грехи
Позор и торжество
Вдруг появляются стихи —
Вот так… Из ничего
Было 16, когда в городской газете впервые опубликовали его стихи. Тогда же познакомился с Блоком, зачитывался Северяниным и Гумилевым.
В 18 приобрел небольшую известность, начал вращаться в литературных кругах. Вступил в «Цех поэтов» под руководством Гумилева — позже, после ухода Гумилева добровольцем на Первую мировую, возглавил «Цех».
Замело тебя, счастье, снегами
Унесло на столетья назад
Затоптало тебя сапогами
Отступающих в вечность солдат
Юношей попробовал себя в роли критика, в суждениях был резким, за что позже получил прозвище «опасного Жоржа».
Сам стихи писал безукоризненные по форме. Некоторые видели в них искусственность, как писатель Лев Лунц:
За десять лет он не двинулся ни вперед, ни назад, ни вправо, ни влево. И безнадежнее всего то, что у Иванова не было и нет плохих стихов... Они образцовы
Другие, как Блок, находили в поэзии Иванова отражение времени, «памятник страшной эпохе»:
Это — книга человека, зарезанного цивилизацией
В 1921-м повезло остаться неразоблаченным по делу Петроградской боевой организации Владимира Таганцева: учителя и друга Николая Гумилева расстреляли менее чем через месяц после ареста — в числе сотни проходящих по делу.
Россия, Россия «рабоче-крестьянская»
И как не отчаяться!
Едва началось твое счастье цыганское
И вот уж кончается
Деревни голодные, степи бесплодные
И лед твой не тронется —
Едва поднялось твое солнце холодное
И вот уже клонится
Был дважды женат — второй брак, заключенный в 1921-м с поэтессой Ириной Одоевцевой, продлился 37 лет.
Эмигрировать решили в 1922-м.
Овеянный тускнеющею славой
В кольце святош, кретинов и пройдох
Не изнемог в бою Орел Двуглавый
А жутко, унизительно издох
Жили в Берлине, Париже. Стал одним из самых известных представителей первой волны эмиграции. Делил с Ходасевичем звание «первого поэта». При этом многие мемуарные и прозаические произведения — неоконченный роман «Третий Рим» и «поэма в прозе» «Распад атома» — имели негативные отзывы.
Россия счастие. Россия свет
А, может быть, России вовсе нет
И над Невой закат не догорал,
И Пушкин на снегу не умирал,
И нет ни Петербурга, ни Кремля —
Одни снега, снега, поля, поля
Другого гражданства не принял — до смерти оставался обладателем «нансеновского паспорта».
Паспорт мой сгорел когда-то
В буреломе русских бед
Он теперь дымок заката
Вторую мировую встретили в Биарицце, на вилле, которая досталась жене в наследство. Друг молодости Георгий Адамович упрекал в лояльности к немцам — рассорятся, помирятся уже в 1950-х.
В 1944-м виллу разбомбили. В 1946-м, не имея достаточно средств, поселились в пансионате для русских эмигрантов в Париже.
Мы вымираем по порядку —
Кто поутру, кто вечерком
И на кладбищенскую грядку
Ложимся ровненько, рядком
Последние годы доживал в городке Йер, в пансионате для апатридов. Перед смертью надиктовал жене «Посмертный дневник».
В обладании полном таланта —
С распроклятой судьбой эмигранта
Умираю
«Проклятым поэтом» (отсылка к Полю Верлену) современники называли Иванова за преобладание в его поэзии тем отчаяния, разрушения и смерти. Он так и не смог смириться с потерей страны, из которой уехал «на время» и мечтал однажды вернуться — хотя бы «стихами».
Я бы зажил, зажил заново
Не Георгием Ивановым,
А слегка очеловеченным,
Энергичным, щеткой вымытым,
Вовсе роком не отмеченным,
Первым встречным-поперечным —
Все равно какое имя там
В Ковенской губернии (сейчас Литва) родился Георгий Иванов. «Первый» и «проклятый» поэт русской эмиграции.
Мне больше не страшно. Мне томно
Я медленно в пропасть лечу
И вашей России не помню
И помнить ее не хочу
И не отзываются дрожью
Банальной и сладкой тоски
Поля с колосящейся рожью
Березки, дымки, огоньки
Родители были из семей потомственных военных. Зимами жили в гарнизонном городке, лето проводили в деревенском имении.
В 11 поступил в Ярославский кадетский корпус. Учился средне, лучшие баллы имел по закону Божию и географии. В 13, по просьбе отца, перевелся в Петербург. Успеваемость упала — из-за нелюбви к жесткой дисциплине.
В награду за мои грехи
Позор и торжество
Вдруг появляются стихи —
Вот так… Из ничего
Было 16, когда в городской газете впервые опубликовали его стихи. Тогда же познакомился с Блоком, зачитывался Северяниным и Гумилевым.
В 18 приобрел небольшую известность, начал вращаться в литературных кругах. Вступил в «Цех поэтов» под руководством Гумилева — позже, после ухода Гумилева добровольцем на Первую мировую, возглавил «Цех».
Замело тебя, счастье, снегами
Унесло на столетья назад
Затоптало тебя сапогами
Отступающих в вечность солдат
Юношей попробовал себя в роли критика, в суждениях был резким, за что позже получил прозвище «опасного Жоржа».
Сам стихи писал безукоризненные по форме. Некоторые видели в них искусственность, как писатель Лев Лунц:
За десять лет он не двинулся ни вперед, ни назад, ни вправо, ни влево. И безнадежнее всего то, что у Иванова не было и нет плохих стихов... Они образцовы
Другие, как Блок, находили в поэзии Иванова отражение времени, «памятник страшной эпохе»:
Это — книга человека, зарезанного цивилизацией
В 1921-м повезло остаться неразоблаченным по делу Петроградской боевой организации Владимира Таганцева: учителя и друга Николая Гумилева расстреляли менее чем через месяц после ареста — в числе сотни проходящих по делу.
Россия, Россия «рабоче-крестьянская»
И как не отчаяться!
Едва началось твое счастье цыганское
И вот уж кончается
Деревни голодные, степи бесплодные
И лед твой не тронется —
Едва поднялось твое солнце холодное
И вот уже клонится
Был дважды женат — второй брак, заключенный в 1921-м с поэтессой Ириной Одоевцевой, продлился 37 лет.
Эмигрировать решили в 1922-м.
Овеянный тускнеющею славой
В кольце святош, кретинов и пройдох
Не изнемог в бою Орел Двуглавый
А жутко, унизительно издох
Жили в Берлине, Париже. Стал одним из самых известных представителей первой волны эмиграции. Делил с Ходасевичем звание «первого поэта». При этом многие мемуарные и прозаические произведения — неоконченный роман «Третий Рим» и «поэма в прозе» «Распад атома» — имели негативные отзывы.
Россия счастие. Россия свет
А, может быть, России вовсе нет
И над Невой закат не догорал,
И Пушкин на снегу не умирал,
И нет ни Петербурга, ни Кремля —
Одни снега, снега, поля, поля
Другого гражданства не принял — до смерти оставался обладателем «нансеновского паспорта».
Паспорт мой сгорел когда-то
В буреломе русских бед
Он теперь дымок заката
Вторую мировую встретили в Биарицце, на вилле, которая досталась жене в наследство. Друг молодости Георгий Адамович упрекал в лояльности к немцам — рассорятся, помирятся уже в 1950-х.
В 1944-м виллу разбомбили. В 1946-м, не имея достаточно средств, поселились в пансионате для русских эмигрантов в Париже.
Мы вымираем по порядку —
Кто поутру, кто вечерком
И на кладбищенскую грядку
Ложимся ровненько, рядком
Последние годы доживал в городке Йер, в пансионате для апатридов. Перед смертью надиктовал жене «Посмертный дневник».
В обладании полном таланта —
С распроклятой судьбой эмигранта
Умираю
«Проклятым поэтом» (отсылка к Полю Верлену) современники называли Иванова за преобладание в его поэзии тем отчаяния, разрушения и смерти. Он так и не смог смириться с потерей страны, из которой уехал «на время» и мечтал однажды вернуться — хотя бы «стихами».
Я бы зажил, зажил заново
Не Георгием Ивановым,
А слегка очеловеченным,
Энергичным, щеткой вымытым,
Вовсе роком не отмеченным,
Первым встречным-поперечным —
Все равно какое имя там
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
11 ноября 1821В Москве родился Федор Достоевский — один из самых читаемых писателей в мире."
Красота спасет мир"
Мать — из небогатого купеческого рода. Отец — штаб-лекарь, работал в Мариинской больнице для бедных. В семье придерживались строгих патриархальных, но гуманных взглядов на воспитание: детей никогда не били.С 13 учился с братом в частном пансионе и приезжал домой только на выходные. Был «серьезным, задумчивым белокурым мальчиком с бледным лицом, который почти не оставлял книг».В 15 потерял мать (из-за болезни), в 17 — отца (умер от апоплексического удара после конфликта с собственными крестьянами).В 1843 окончил Главное инженерное училище и был зачислен полевым инженером в Петербургскую инженерную команду. Через год подал в отставку и решил посвятить себя литературе.В 1845 написал свой первый роман «Бедные люди». И сразу — успех. В литературных кругах стал именоваться «новым Гоголем».
"Вам правда открыта и возвещена как художнику, досталась как дар, цените же ваш дар и оставайтесь верным и будете великим писателем!"(Виссарион Белинский)
Однако после конфликта с Тургеневым триумф сменился травлей — некоторые писатели считали Достоевского «выскочкой».
"Витязь горестной фигуры,
Достоевский, милый пыщ,
На носу литературы
Рдеешь ты, как новый прыщ"
(«Послание Белинского к Достоевскому», авторы — Тургенев и Некрасов, 1846)
Тогда же познакомился с философом-утопистом Михаилом Петрашевским и стал посещать его «пятницы», на которых обсуждались свобода печати, независимые суды и освобождение крестьян. Входил в число наиболее радикальных и приближенных к Петрашевскому активистов.
"Свобода не в том, чтоб не сдерживать себя, а в том, чтоб владеть собой
Страданием своим русский народ как бы наслаждается"
В 1849, в 27, был арестован. Суд признал его «одним из важнейших преступников» за чтение письма Белинского с критикой власти и церкви и «недонесение» на него. Расстрел заменили восьмилетней, а позже — четырехлетней каторгой. Приговор о смягчении наказания объявили в последний момент, перед казнью (один из приговоренных сошел с ума).
Этот эпизод своей биографии Достоевский отразил в одном из монологов князя Мышкина в романе «Идиот».
"Я и не думал, чтоб от страху можно было заплакать не ребенку, человеку, который никогда не плакал, человеку в сорок пять лет. Что же с душой в эту минуту делается, до каких судорог ее доводят? Надругательство над душой, больше ничего! Сказано: «Не убий», так за то, что он убил, и его убивать? Нет, это нельзя. Вот я уж месяц назад это видел, а до сих пор у меня как пред глазами. Раз пять снилось"
Отбывал наказание в военном городке в Омске."Лучший способ удержать заключенного от побега — сделать так, чтобы он никогда не узнал, что находится в тюрьме"В 1856, в 35, вышел на свободу по амнистии — в честь коронации Александра II (при этом негласное наблюдение за ним прекратилось только в 1875, через 19 лет).Вернулся с каторги православным монархистом.
"Молчать хорошо, безопасно и красиво"
Создал десятки произведений. Вошел в историю как классик русской литературы, романист мирового значения и первый представитель персонализма в России. Его новелла «Записки из подполья» появилась на заре экзистенциалистской литературы.
"Очень немного требуется, чтобы уничтожить человека: стоит лишь убедить его в том, что дело, которым он занимается, никому не нужно"
В 45 познакомился со стенографисткой и второй женой — 20-летней Анной Сниткиной. Она помогла ему избавиться от пристрастия к азартным играм и долгов, издавала при жизни его книги.
Последний роман, «Братья Карамазовы», Достоевский посвятил ей. Считается, что «великого писателя» Кармазинова в «Бесах» списал со своего давнего идейного врага — «западника» Тургенева.
Наряду с тремя другими романами — «Преступление и наказание», «Идиот» и «Подросток» — эти произведения входят в так называемое «великое пятикнижие».
Умер в Петербурге, в 1881 — в 59."
Надо любить жизнь больше, чем смысл жизни"
Красота спасет мир"
Мать — из небогатого купеческого рода. Отец — штаб-лекарь, работал в Мариинской больнице для бедных. В семье придерживались строгих патриархальных, но гуманных взглядов на воспитание: детей никогда не били.С 13 учился с братом в частном пансионе и приезжал домой только на выходные. Был «серьезным, задумчивым белокурым мальчиком с бледным лицом, который почти не оставлял книг».В 15 потерял мать (из-за болезни), в 17 — отца (умер от апоплексического удара после конфликта с собственными крестьянами).В 1843 окончил Главное инженерное училище и был зачислен полевым инженером в Петербургскую инженерную команду. Через год подал в отставку и решил посвятить себя литературе.В 1845 написал свой первый роман «Бедные люди». И сразу — успех. В литературных кругах стал именоваться «новым Гоголем».
"Вам правда открыта и возвещена как художнику, досталась как дар, цените же ваш дар и оставайтесь верным и будете великим писателем!"(Виссарион Белинский)
Однако после конфликта с Тургеневым триумф сменился травлей — некоторые писатели считали Достоевского «выскочкой».
"Витязь горестной фигуры,
Достоевский, милый пыщ,
На носу литературы
Рдеешь ты, как новый прыщ"
(«Послание Белинского к Достоевскому», авторы — Тургенев и Некрасов, 1846)
Тогда же познакомился с философом-утопистом Михаилом Петрашевским и стал посещать его «пятницы», на которых обсуждались свобода печати, независимые суды и освобождение крестьян. Входил в число наиболее радикальных и приближенных к Петрашевскому активистов.
"Свобода не в том, чтоб не сдерживать себя, а в том, чтоб владеть собой
Страданием своим русский народ как бы наслаждается"
В 1849, в 27, был арестован. Суд признал его «одним из важнейших преступников» за чтение письма Белинского с критикой власти и церкви и «недонесение» на него. Расстрел заменили восьмилетней, а позже — четырехлетней каторгой. Приговор о смягчении наказания объявили в последний момент, перед казнью (один из приговоренных сошел с ума).
Этот эпизод своей биографии Достоевский отразил в одном из монологов князя Мышкина в романе «Идиот».
"Я и не думал, чтоб от страху можно было заплакать не ребенку, человеку, который никогда не плакал, человеку в сорок пять лет. Что же с душой в эту минуту делается, до каких судорог ее доводят? Надругательство над душой, больше ничего! Сказано: «Не убий», так за то, что он убил, и его убивать? Нет, это нельзя. Вот я уж месяц назад это видел, а до сих пор у меня как пред глазами. Раз пять снилось"
Отбывал наказание в военном городке в Омске."Лучший способ удержать заключенного от побега — сделать так, чтобы он никогда не узнал, что находится в тюрьме"В 1856, в 35, вышел на свободу по амнистии — в честь коронации Александра II (при этом негласное наблюдение за ним прекратилось только в 1875, через 19 лет).Вернулся с каторги православным монархистом.
"Молчать хорошо, безопасно и красиво"
Создал десятки произведений. Вошел в историю как классик русской литературы, романист мирового значения и первый представитель персонализма в России. Его новелла «Записки из подполья» появилась на заре экзистенциалистской литературы.
"Очень немного требуется, чтобы уничтожить человека: стоит лишь убедить его в том, что дело, которым он занимается, никому не нужно"
В 45 познакомился со стенографисткой и второй женой — 20-летней Анной Сниткиной. Она помогла ему избавиться от пристрастия к азартным играм и долгов, издавала при жизни его книги.
Последний роман, «Братья Карамазовы», Достоевский посвятил ей. Считается, что «великого писателя» Кармазинова в «Бесах» списал со своего давнего идейного врага — «западника» Тургенева.
Наряду с тремя другими романами — «Преступление и наказание», «Идиот» и «Подросток» — эти произведения входят в так называемое «великое пятикнижие».
Умер в Петербурге, в 1881 — в 59."
Надо любить жизнь больше, чем смысл жизни"
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
14 ноября 1957 годв вышла Передовая статья в «Известиях» под характерным лозунгом тех лет — «Догнать и перегнать».
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
15 ноября 1864 года коллекционер Жорж Эрпен предложил использовать вместо термина «маркомания» (timbromanie) придуманное им слово «филателия». Вот такие пироги
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
18 ноября 1812 года — сражение под Красным. Разгром русскими войсками французского арьергарда маршала Нея. По сути единственное сражение, проигранное Наполеоном в проигранной кампании 1812 года
«Сражение под Красным». Петер фон Хесс
Петер фон Хесс, устар. Гесс (нем. Peter Heinrich Lambert von Hess; 29 июля 1792, Дюссельдорф — 4 апреля 1871, Мюнхен) — баварский придворный живописец, мастер исторического и батального жанров. В 1839 году Гесс принял приглашение российского императора Николая I, прибыв в Санкт-Петербург и Москву. Художник изобразил основные события Отечественной войны с Наполеоном в двенадцати, заказанных императором, больших батальных картинах, изображающих главные битвы 1812 года: сражения при Смоленске, Бородине, Валутине, Клястицах, Тарутине, Мало-Ярославце, Полоцке, Лосьмине, Вязьме, Красном и Березине. Восемь из них экспонируются в санкт-петербургском Эрмитаже.
Утром 15 ноября летучий отряд Адама Ожаровского из Кутькова сделал удачный набег на Красный. В 4 часа дня Милорадович, получивший приказ отрезать противнику дорогу на Красный, подошёл к Смоленской дороге в районе Ржавки в момент, когда по ней двигалась гвардия Наполеона.
15 ноября на смоленской дороге в районе деревни Ржавки произошёл первый в ходе сражения боевой контакт. Милорадович вышел на позицию южнее дороги и при виде императорской гвардии во главе с Наполеоном не решился на атаку.
Из дневника Дениса Давыдова -
"Наконец подошла старая гвардия, посреди коей находился сам Наполеон. Это было уже гораздо за полдень. Мы вскочили на конь и снова явились у большой дороги. Неприятель, увидя шумные толпы наши, взял ружье под курок и гордо продолжал путь, не прибавляя шагу. Сколько ни покушались мы оторвать хотя одного рядового от сомкнутых колонн, но они, как гранитные, пренебрегали все усилия наши и остались невредимыми… Я никогда не забуду свободную поступь и грозную осанку сих всеми родами смерти угрожаемых воинов! Осененные высокими медвежьими шапками, в синих мундирах, в белых ремнях с красными султанами и эполетами, они казались как маков цвет среди снежного поля! Будь с нами несколько рот конной артиллерии и вся регулярная кавалерия, бог знает для чего при армии влачившаяся, то как передовая, так и следующие за нею в сей день колонны вряд ли отошли бы с столь малым уроном, каковой они в сей день потерпели".
"Сражение под Красным, носящее у некоторых военных писателей пышное наименование трёхдневного боя, может быть по всей справедливости названо лишь трёхдневным поиском голодных, полунагих французов; подобными трофеями могли гордиться ничтожные отряды вроде моего, но не главная армия. Целые толпы французов при одном появлении небольших наших отрядов на большой дороге поспешно бросали оружие".
«Сражение под Красным». Петер фон Хесс
Петер фон Хесс, устар. Гесс (нем. Peter Heinrich Lambert von Hess; 29 июля 1792, Дюссельдорф — 4 апреля 1871, Мюнхен) — баварский придворный живописец, мастер исторического и батального жанров. В 1839 году Гесс принял приглашение российского императора Николая I, прибыв в Санкт-Петербург и Москву. Художник изобразил основные события Отечественной войны с Наполеоном в двенадцати, заказанных императором, больших батальных картинах, изображающих главные битвы 1812 года: сражения при Смоленске, Бородине, Валутине, Клястицах, Тарутине, Мало-Ярославце, Полоцке, Лосьмине, Вязьме, Красном и Березине. Восемь из них экспонируются в санкт-петербургском Эрмитаже.
Утром 15 ноября летучий отряд Адама Ожаровского из Кутькова сделал удачный набег на Красный. В 4 часа дня Милорадович, получивший приказ отрезать противнику дорогу на Красный, подошёл к Смоленской дороге в районе Ржавки в момент, когда по ней двигалась гвардия Наполеона.
15 ноября на смоленской дороге в районе деревни Ржавки произошёл первый в ходе сражения боевой контакт. Милорадович вышел на позицию южнее дороги и при виде императорской гвардии во главе с Наполеоном не решился на атаку.
Из дневника Дениса Давыдова -
"Наконец подошла старая гвардия, посреди коей находился сам Наполеон. Это было уже гораздо за полдень. Мы вскочили на конь и снова явились у большой дороги. Неприятель, увидя шумные толпы наши, взял ружье под курок и гордо продолжал путь, не прибавляя шагу. Сколько ни покушались мы оторвать хотя одного рядового от сомкнутых колонн, но они, как гранитные, пренебрегали все усилия наши и остались невредимыми… Я никогда не забуду свободную поступь и грозную осанку сих всеми родами смерти угрожаемых воинов! Осененные высокими медвежьими шапками, в синих мундирах, в белых ремнях с красными султанами и эполетами, они казались как маков цвет среди снежного поля! Будь с нами несколько рот конной артиллерии и вся регулярная кавалерия, бог знает для чего при армии влачившаяся, то как передовая, так и следующие за нею в сей день колонны вряд ли отошли бы с столь малым уроном, каковой они в сей день потерпели".
"Сражение под Красным, носящее у некоторых военных писателей пышное наименование трёхдневного боя, может быть по всей справедливости названо лишь трёхдневным поиском голодных, полунагих французов; подобными трофеями могли гордиться ничтожные отряды вроде моего, но не главная армия. Целые толпы французов при одном появлении небольших наших отрядов на большой дороге поспешно бросали оружие".
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
7 декабря 1769 года российская императрица Екатерина II учредила Военный орден Святого великомученика и Победоносца Георгия. Кстати, 7 декабоя и день именин Екатерины.
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
8 декабря 1991 года в Беловежской пуще президент России Борис Ельцин, президент Украины Леонид Кравчук и председатель Верховного Совета Беларуси Станислав Шушкевич подписали Беловежские соглашения о создании СНГ и прекращении существования СССР.
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
Календарь коллекционера дело тонкое, а коллекционера интеллегентного дело вообще непонятное. Вот с 8 декабря прямо сразу в 18 января.
18 января 1932В Праге умер Евгений Чириков — один из самых читаемых тогда в эмиграции русских писателей.
Автор «поэмы страшных лет» о расчеловечивании людей в Гражданскую «Зверь из бездны».
"Люди уничтожали друг друга, как ненавистных гадов... Ничего не осталось в душах. Только одна кровожадная ненасытная ненависть. Человек сделался страшным, и Диавол отдыхал, потому что ему нечего было делать на земле"
Родился в 1864-м в Казани. Отец, становой пристав, по службе часто переезжал из уезда в уезд — семья успела пожить в разных городах Поволжья.После гимназии поступил в Казанский университет. В 1887-м, во время студенческих волнений в ответ на «Циркуляр о кухаркиных детях» (ограничивал доступ к образованию детям из низших сословий), был одним из зачинщиков сходки, на которой впервые выступил первокурсник Ульянов. И Чирикова, и Ленина из университета исключили. Чирикова выслали в Нижний Новгород."В то время Нижний местная власть называла «скотопрогонным пунктом». В местную тюрьму собирали со всей России политических арестантов для отправки пароходами в Пермскую и Вятскую губернии на поселение или каторгу
"Почти сразу по прибытии арестовали — якобы публично прочитал сатирическую «Оду Александру III».
В тюрьме писал для «Волжского вестника» — рассказы и статьи разрешали передавать на волю. Освободили за недостатком улик. Познакомился с Владимиром Короленко — позже, в 1910-х, их дачи будут соседствовать в крымском Батилимане.
Много лет был дружен с Максимом Горьким — знали друг друга с тех пор, когда тот был Алешей Пешковым. После большевистского переворота назовет Горького «Смердяковым русской революции» за участие в «разрушении России».
В 1890-х работал счетоводом на ж/д ветке, ревизором в пароходстве, жил в Самаре, Ярославле, Минске. Активно печатался как публицист и фельетонист в местных изданиях. Завел семью, для старшей дочки выбрал имя Новелла.
В1894-м в столичном журнале опубликовали рассказ «Gaudeamus igitur», был счастлив — «счетовод превратился в настоящего писателя».В 1897-м вышла повесть «Инвалиды» — о наступлении марксизма на народничество.
А в 1899-м — «Чужестранцы», о марксистах, которые на родине остаются непонятыми и чужими. Получил с обеих сторон."Одни усмотрели в них насмешку над народниками, другие — над марксистами, в то время как я описывал только пережитую правду жизни"
После прихода Горького в издательство «Знание», товарищество стало печатать модных авторов — Андреева, Бунина, Вересаева, Куприна.
Там же с 1903-го по 1909-й вышел 8-томник Чирикова.В 1903-м, написав пьесу «Евреи» по следам погромов в Минске и Кишиневе, прочитал ее Горькому и Шаляпину.
"Первый раз в русской литературе является произведение, так славно, метко, верно изображающее отношение к евреям… Пьеса произведет огромный шум"(Горький)
Отбившись от цензуры, пьесу ставили в Москве, Питере и за рубежом. Чехов предсказал долгую жизнь другой пьесе Чирикова — «Ивану Миронычу», комедия шла с успехом в разных театрах.
Работал с фольклором, писал драмы-сказки.В 1911-м начал автобиографический роман «Юность» — первую часть трилогии «Жизнь Тарханова» (четвертую часть допишет в эмиграции).
Во время Первой мировой был военкором. Выпустил сборник «Эхо войны».
"Не бывает войны без зверств! И пусть печать Каина лежит на всех «культурных и гуманных» людях, которые толкают страну к пролитию человеческой крови и к зверствам"
Мысль станет основой романа «Зверь из бездны» в 1926-м. Октябрьский переворот не принял. В 1918-м уехал в Ростов-на-Дону, работал в литотделе ОСВАГа.
"Не вправе ли мы, не дожидаясь суда истории, призвать их [большевиков] к суду нашему, суду современников, преданных, проданных и распятых во имя какого-то фантастического эксперимента?"
В 1920 Е. Чириков получил записку от В. И. Ленина, в которой было следующее: «Евгений Николаевич, уезжайте. Уважаю Ваш талант, но Вы мне мешаете. Я вынужден Вас арестовать, если Вы не уедете».
В 1920-м из России уехал. Жил в Чехословакии. Среди писателей-эмигрантов был заметной фигурой. Писал, что за его «Зверем» выстраивались очереди в библиотеках — при том, что книга вызвала шквал критики: к белым он был не менее пристрастен, чем к красным.
Умер в 67, в 1932-м. Памятник на могиле повернут в сторону России, в которую мечтал вернуться.
18 января 1932В Праге умер Евгений Чириков — один из самых читаемых тогда в эмиграции русских писателей.
Автор «поэмы страшных лет» о расчеловечивании людей в Гражданскую «Зверь из бездны».
"Люди уничтожали друг друга, как ненавистных гадов... Ничего не осталось в душах. Только одна кровожадная ненасытная ненависть. Человек сделался страшным, и Диавол отдыхал, потому что ему нечего было делать на земле"
Родился в 1864-м в Казани. Отец, становой пристав, по службе часто переезжал из уезда в уезд — семья успела пожить в разных городах Поволжья.После гимназии поступил в Казанский университет. В 1887-м, во время студенческих волнений в ответ на «Циркуляр о кухаркиных детях» (ограничивал доступ к образованию детям из низших сословий), был одним из зачинщиков сходки, на которой впервые выступил первокурсник Ульянов. И Чирикова, и Ленина из университета исключили. Чирикова выслали в Нижний Новгород."В то время Нижний местная власть называла «скотопрогонным пунктом». В местную тюрьму собирали со всей России политических арестантов для отправки пароходами в Пермскую и Вятскую губернии на поселение или каторгу
"Почти сразу по прибытии арестовали — якобы публично прочитал сатирическую «Оду Александру III».
В тюрьме писал для «Волжского вестника» — рассказы и статьи разрешали передавать на волю. Освободили за недостатком улик. Познакомился с Владимиром Короленко — позже, в 1910-х, их дачи будут соседствовать в крымском Батилимане.
Много лет был дружен с Максимом Горьким — знали друг друга с тех пор, когда тот был Алешей Пешковым. После большевистского переворота назовет Горького «Смердяковым русской революции» за участие в «разрушении России».
В 1890-х работал счетоводом на ж/д ветке, ревизором в пароходстве, жил в Самаре, Ярославле, Минске. Активно печатался как публицист и фельетонист в местных изданиях. Завел семью, для старшей дочки выбрал имя Новелла.
В1894-м в столичном журнале опубликовали рассказ «Gaudeamus igitur», был счастлив — «счетовод превратился в настоящего писателя».В 1897-м вышла повесть «Инвалиды» — о наступлении марксизма на народничество.
А в 1899-м — «Чужестранцы», о марксистах, которые на родине остаются непонятыми и чужими. Получил с обеих сторон."Одни усмотрели в них насмешку над народниками, другие — над марксистами, в то время как я описывал только пережитую правду жизни"
После прихода Горького в издательство «Знание», товарищество стало печатать модных авторов — Андреева, Бунина, Вересаева, Куприна.
Там же с 1903-го по 1909-й вышел 8-томник Чирикова.В 1903-м, написав пьесу «Евреи» по следам погромов в Минске и Кишиневе, прочитал ее Горькому и Шаляпину.
"Первый раз в русской литературе является произведение, так славно, метко, верно изображающее отношение к евреям… Пьеса произведет огромный шум"(Горький)
Отбившись от цензуры, пьесу ставили в Москве, Питере и за рубежом. Чехов предсказал долгую жизнь другой пьесе Чирикова — «Ивану Миронычу», комедия шла с успехом в разных театрах.
Работал с фольклором, писал драмы-сказки.В 1911-м начал автобиографический роман «Юность» — первую часть трилогии «Жизнь Тарханова» (четвертую часть допишет в эмиграции).
Во время Первой мировой был военкором. Выпустил сборник «Эхо войны».
"Не бывает войны без зверств! И пусть печать Каина лежит на всех «культурных и гуманных» людях, которые толкают страну к пролитию человеческой крови и к зверствам"
Мысль станет основой романа «Зверь из бездны» в 1926-м. Октябрьский переворот не принял. В 1918-м уехал в Ростов-на-Дону, работал в литотделе ОСВАГа.
"Не вправе ли мы, не дожидаясь суда истории, призвать их [большевиков] к суду нашему, суду современников, преданных, проданных и распятых во имя какого-то фантастического эксперимента?"
В 1920 Е. Чириков получил записку от В. И. Ленина, в которой было следующее: «Евгений Николаевич, уезжайте. Уважаю Ваш талант, но Вы мне мешаете. Я вынужден Вас арестовать, если Вы не уедете».
В 1920-м из России уехал. Жил в Чехословакии. Среди писателей-эмигрантов был заметной фигурой. Писал, что за его «Зверем» выстраивались очереди в библиотеках — при том, что книга вызвала шквал критики: к белым он был не менее пристрастен, чем к красным.
Умер в 67, в 1932-м. Памятник на могиле повернут в сторону России, в которую мечтал вернуться.
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
29 января 1856 года королева Великобритании Виктория учредила высшую военную награду страны — «Крест Виктории».
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
Подымем стаканы, содвинем их разом!
Да здравствуют музы, да здравствует разум!
10 февраля в 14:45 скончался Пушкин
Да здравствуют музы, да здравствует разум!
10 февраля в 14:45 скончался Пушкин
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
10 февраля 1881 года родился Борис Зайцев
Борис Константи́нович Зайцев (29 января [10 февраля] 1881, Орёл — 28 января 1972, Париж) — русский писатель и переводчик, один из последних крупных представителей Серебряного века. После установления советской власти в эмиграции. Был номинирован на Нобелевскую премию по литературе (1962).
10 февраля 1881 года родился Борис Зайцев
Борис Константи́нович Зайцев (29 января [10 февраля] 1881, Орёл — 28 января 1972, Париж) — русский писатель и переводчик, один из последних крупных представителей Серебряного века. После установления советской власти в эмиграции. Был номинирован на Нобелевскую премию по литературе (1962).
Слово о Родине
В России мы некогда жили, дышали ее воздухом, любовались полями, лесами, водами, чувствовали себя в своем народе -- нечесаный, сермяжный мужик был все-таки чем-то родной, как и интеллигент российский -- врач, учитель, инженер. Жили и полагали: все это естественно, так и надо, есть Россия, была и будет, это наш дом, и особенно с ним мудрить не приходится. Никак нельзя сказать, чтобы у нас, у просвещенного слоя, воспитывалось тогда чувство России. Скорей считалось оно не вполне уместным. Нам всегда ставили в пример Запад. Мы читали и знали о Западе больше, чем о России, и относились к нему почтительнее. К России же так себе, запанибрата. Мы Россию даже мало знали. Многие из нас так и не побывали в Киеве, не видали Кавказа, Урала, Сибири. Случалось, лучше знали древности, музеи Рима, Флоренции, чем Московский Кремль. С тех пор точно бы целый век прошел. Из хозяев великой страны, перед которой заискивал Запад, мы обратились в изгнанников, странников, нежелательных, нелюбимых. Не приходится распространяться. Все тут ясно. В нелегких условиях, причудливо, получудесно, все-таки мы живем. И не намерены даже сдаваться. Нищи ли мы внутренне? Вот это вопрос. И ответ на него мой: нет. Не нищи те, у кого есть святыня. Святыни бывают различные, и различна их иерархия. Среди них бесспорное место, высокое, прочное: Родина. Именно вот о ней сейчас несколько слов. Одно дело -- воспринимать изнутри. Другое -- со стороны. Судьба поставила нас теперь именно как бы в сторонку, отобрав почти все. Что же, может быть, в таком облегченном виде зрение и верней. Многое видишь теперь о Родине по-иному. Находясь в стране старой и прочной культуры, ясней чувствуешь, например, что не так молода, не безродна и наша Россия. Когда жили в самой России, средь повседневности, деревянных изб, проселочных дорог, неисторического пейзажа, менее это замечали. Издали избы, бани, заборы не видны (хоть и вошли, разумеется, в изображение России). Но зато чище общий тысячелетний облик Родины. Сильней ощущаешь связь истории, связь поколений и строительства, и внутреннее их духовное, ярко светящееся, отливающее разными оттенками, но в существе своем все то же, лишь вековым путем движущееся: свое, родное. Нынешний, 1938 год для России в некотором смысле юбилейный, он уже назван Владимировским: девятьсот пятьдесят лет крещения Руси. Владимир "Красное Солнышко"... -- связывается с ним и школьное, и сказочное, поэтически легендарное, но это ведь и совсем уж История -- началась тут большая, настоящая История России -- под солнечным светилом, при солнце! Каков был в действительности этот Владимир, через толщу веков сказать трудно, а вот сияние его, светоносность осталась же, запомнилась. При свете принято христианство и введена Родина из местного во вселенское. Это создало неповторимые явления не только в религиозном, но и во всем творчестве русском. Местное оплодотворено вселенским, но не теряет своеобразия. Зодчие возводят храмы св. Софии в Киеве и Новгороде, позже во Владимире, Пскове, Новгородской области, в самой Москве -- византийское сочеталось со славянским. Иконописцы расписывают фресками храмы, те же древние киевские и новгородские святыни, и другие -- Успенский собор в Москве, северные Ферапонтовы, Кирилло-Белозерские монастыри. Являются творения и личные -- мастеров Дионисия, Андрея Рублева, не говоря уже о живописи тех, чьи имена не сохранились. Русская иконопись ныне справедливо прославлена. Если взять область звука, то поражаешься древности и возвышенному величию музыки в России. Когда русский духовный хор исполняет на концерте в Париже, например, "Покой, Спасе..." знаменитого распева, то ведь перед иностранцем открывается мир новый, а у русского холодок по спине: подумать только, эти и подобные им вещи сочинялись около тысячи лет назад. Напевы, величественные в суровой своей чистоте и неизукра-шенности, написаны "знаменем", т. е. как бы иероглифами, еще нот теперешних не было, звуки изображались рисуночками. И творения эти, несмотря на татарщину, разгромившую Киев, прошли через всю Россию, вошли в церковный обиход не только среднерусских областей, но и Севера: Валаамского монастыря, Соловецкого, всюду принимая местные, своеобразные черты. Разве не может не волновать, что в какой-нибудь обители св. Трифона Печенгского, на берегу Ледовитого океана, где монахи живут полгода при незаходящем солнце, полгода в непрерывной тьме, во времена Иоанна Грозного уже пели древние знаменные распевы, прикочевавшие с юга? А царь Федор Иоаннович -- музыкант и композитор знаменных распевов. Молодая страна! Молодая культура! Мы не только славяне и татары, мы наследники Византии, Родина наша была и есть гигантский котел, столетиями вываривавший из смесей племен и рас нечто совсем свое и совсем особенное. Азия затопила наше средневековье, но вот уцелели и древнее зодчество, и иконопись, и музыка -- все перекинулось на север, более пощаженный. Уцелел и таинственный обломок поэзии -- ему 750 лет -- "Слово о полку Игореве" -- настоящий талисман литературы русской, до конца XVIII века потаенно укрывавшийся в единственном списке XVI века! А теперь "Слово" переведено на многие языки (только что вышел новый, отличный перевод его и на французский). Вызывает оно у иностранцев по-прежнему изумление: как это в России XII века мог существовать такой поэт. Вот и существовал, как бы скальд наших князей, может быть, и не один такой существовал: но лишь один дошел до нас. Долги, сложны пути русского творчества -- через подвиги наших святых, основателей монастырей и просветителей полудиких племен, через зодчих, музыкантов, иконописцев, народную песнь и былину, через созерцания заволжских старцев, позже -- трагедию петровского разрыва -- созидания -- через все многовековое странствие выходит творящий дух Родины в эпоху, для нас уже не легендарную, а совсем как бы живую и настоящую, -- девятнадцатый век. Разумеется, живя у себя дома, в прежней, мирной России, мы сызмальства питались Пушкиными и Гоголями, отрочество наше озарял Тургенев, юность Лев Толстой, позже пришел Чехов. Мы выросли во мнении, что литература наша очень хороша, но она -- продолжение всего нашего склада, наших имений, троек, охот -- своя, домашняя, так и должно быть, в родном доме должно быть тепло, светло, радостно.
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
Ну, много еще "неустроенного" и "темного" в стране, но все же ничего удивительного, что у нас Толстые и Достоевские, как не удивительно для ребенка, возрастающего в любящей семье, и семье им любимой, что мать, отец кажутся существами вообще лучшими, не сравнимыми ни с кем, и главное: так и надо, иначе быть не может. Вероятно, это -- настроение неосознанной любви к себе, продолжение вовне этой любви: у меня должна быть такая семья, такой дом. Но вот нечто произошло катастрофическое. Как, почему, какова цель, не об этом сейчас речь. Важно то, что изменилось положение "сына Родины" -- он попал из хозяев в созерцатели. И тут оказывается, что высшее цветение культуры русской, девятнадцатый век, воспринимает он тоже не совсем так, как раньше. Древняя наша духовная культура с чужбины кажется и величественней, и значительней, и старше. Но не только древняя. И на девятнадцатый, золотой век российской литературы (и замечательный век музыки) -- другой угол зрения. Пушкины и Толстые не только очаровательное наше домашнее, отцы и деды, земляки по московским, тульским губерниям, вспоившие и вскормившие нашу юность как добрые божества дома (домашние лары). Они в действительности-то гораздо больше. Во всеобщее вносят они русское и в русском выражают всеобщее. Не напрасно самый жизнелюбивый, самый "ренессансный" из них сказал о себе: И долго буду тем любезен я народу, Что чувства добрые я лирой пробуждал, Что в мой жестокий век восславил я Свободу И милость к падшим призывал. Если Пушкин, то что же Гоголь, Достоевский, Толстой, Тургенев, Чехов... Мимо каких это "падших" прошли они равнодушно и какую "милость" могли отвергнуть? Нет, разумеется, из "прохладного" Запада, на фоне его крепко, иной раз жестко очерченного духовного пейзажа -- пейзаж русской литературы выступает особенно душевней и трогательней. Человечнейший и христианнейший из всех... а где корни этого? Одно можно сказать: девятнадцатый русский век, со всей славой его, создан сынами тысячелетней России. Это ярчайший ее плод, и никак не скажешь, чтобы мир не заметил его. Столетие Пушкина отпраздновано в восьмидесяти городах тридцати пяти стран -- в Европе, Азии, Африке, Америке и Австралии. Лев Толстой безраздельно властвует "над Планетой" нашей, почти равно и Достоевский. Скромный Чехов, образец тишины, слышен в Лондоне, Нью-Йорке, Австралии. Из ныне здравствующих европейскими лаврами увенчан Бунин. И не меньше того и в музыке. По всему свету ходят теперь и Мусоргский, и Римский-Корсаков, и Чайковский, Рахманинов. А Шаляпин? Мы только что видели его похороны -- кажется, в первый раз отдан такой почет иностранному артисту на чужбине. Для русского же человека в изгнании эта мировая слава Родины -- теперь для него уж бесспорная -- имеет и еще оттенок: защиты, укрытия в одиночестве и заброшенности. Даже больше -- связи, соединения. Не просто мы бесприютные. Кое-что за плечами и есть. Сейчас мы в изгнании, а что завтра будет, еще не известно. Наследие же, история величия Родины -- этого не отнять у нас. И поклонения нашего этому, и надежды. Может быть, не всегда ведь будет так, как сейчас. Не вечно же болеть "стране нашей Российской". Возможно, что приближаются новые времена -- и в них будет возможно возвращение в свой, отчий дом. Так что вот: древность и блеск культуры духовной, своеобразие, блеск ее и в новое время, величие России в тысячелетнем движении и ощущение -- почти мистическое -- слитности своей сыновней с отошедшими, с цепью поколений, с грандиозным целым, как бы существом. Сквозь тысячу лет бытия на горестной земле, борьбы, трудов, ужасов, войн, преступлений -- немеркнущее ядро духа -- вот интуиция Родины. Чужбина, беспризорность, беды -- пусть. Для русского человека есть Россия, духовное существо, мать, святыня, которой мы поклоняемся и которую никому не уступим. Думается и так, что кому предстоит возвратиться на Родину, не гордыню и не кичливость должны принести с собой. Любить -- не значит превозноситься. Сознавать себя "помнящими родство" и наследниками величия не значит ненавидеть или презирать другие народы, иные расы. Россия объединяла в имперском могуществе -- в прошлом. Должна быть терпима и не исключительна в будущем -- исходя именно из всего своего прошлого: от святых ее до великой литературы все говорили о скромности, милосердии, человеколюбии -- обо всем том, в чем так бесконечно нуждается сейчас мир. Русь, Россия! Тридцать лет назад сказал о ней молодой тогда писатель русский так: "О, ты, Родина! О, широкие твои сени -- придорожные березы, синеющие дали верст, ласковый и утолительный привет безбрежных нив! Ты, безмерная, к тебе припадает усталый и загнанный, и своих бедных сынов ты берешь на мощную грудь, обнимаешь руками многоверстными, поишь извечною силою. Хвала тебе, великая Мать".
24 июня 1938
24 июня 1938
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
11 февраля 1916 года — за распространение литературы о контроле над рождаемостью в Нью-Йорке арестована Красная Эмма. Так себе событие, но почитайте, кто такая эта Красная Эмма..
Несколько отрывочных абзацев из ее жизни.
Эмма Го́льдман, или Го́лдман (англ. Emma Goldman; 15 июня [27 июня] 1869, Ковно, Российская империя — 14 мая 1940, Торонто, Канада) — российская и американская политическая активистка и писательница. Сыграла ключевую роль в развитии политической философии анархизма в Северной Америке и Европе в первой половине XX века.
Однажды на улице в Папиле Голдман стала свидетельницей избиения крестьянина кнутом. Увиденное сильно впечатлило её, после чего Эмма на всю жизнь возненавидела жестокость власти.
Когда Гольдман было семь, она со своей семьёй переехала в прусский город Кёнигсберг, где была зачислена в реальное училище. Эмма была крайне непослушной и бойкой ученицей, за что часто подвергалась наказаниям со стороны учителей, один избивал её линейкой, а другой пытался приставать к ней и другим ученицам, за что был уволен, когда Гольдман начала бунтовать. Найти сочувствующего наставника Эмме удалось в лице своего учителя немецкого языка, который одалживал ей книги и однажды взял с собой в оперу. Позже Голдман сдала экзамен для поступления в гимназию, но из-за отказа учителя религии предоставить ей справку о хорошем поведении она потеряла возможность стать гимназисткой.
Семья переехала в Санкт-Петербург, где Авраам один за другим открывал не пользовавшиеся успехом магазины. Из-за бедности дети были вынуждены самостоятельно зарабатывать деньги, вследствие чего Гольдман пришлось работать в магазине корсетов. Юная Эмма умоляла отца позволить ей вернуться в школу, но вместо этого он бросил её книгу по французскому в огонь и крикнул: «Девушкам не нужно много учиться! Всё, что требуется еврейской дочери, — это знать, как готовить фаршированную рыбу и лапшу, и родить мужу побольше детей».
11 февраля 1916 года Эмма вновь арестована. На этот раз — за распространение литературы о контроле над рождаемостью. Гольдман считала аборты трагическим следствием тяжёлого социального положения женщин и вместе с Маргарет Сэнгер отстаивала планирование семьи и распространение контрацепции. И Сэнгер, и Гольдман подпали под действие «законов Комстока», определявших подобные публикации как «непристойные».
Когда Эмма вышла из тюрьмы, в США развернулась антикоммунистическая кампания: «Рейды Палмера» направлялись против «красных» — леворадикальных активистов как коммунистического, так и анархического толка. В ходе этой кампании было возбуждено дело о депортации Гольдман: она подлежала депортации в соответствии с законами об анархизме и о подстрекательстве к мятежу, а также как иностранка, два или более раз привлекавшаяся к уголовной ответственности. В ходе процесса обвинение представлял не кто иной, как Эдгар Гувер лично. Гувер охарактеризовал Эмму Гольдман как одного из самых опасных анархистов Америки.
21 декабря 1919 года 249 человек, включая Эмму Гольдман, Александра Беркмана и большую группу других депортированных из числа уроженцев бывшей Российской империи, были посажены на пароход «Буфорд» («Красный / Советский ковчег») и отправлены в Советскую Россию. «Буфорд» высадил пассажиров в финском порту Ханко, откуда те доехали в пломбированных автомобилях до Белоострова, где их с триумфом встретили большевики.
В РСФСР Гольдман ехала полная эйфории и, несмотря на свой скепсис к любому государству, готовая поддержать большевиков — хотя пути анархистов и марксистов разошлись ещё в Первом Интернационале. Однако действительность оказалась далека от её представлений. Едва прибыв в Петроград, они с Беркманом были удручены словами партийного функционера, назвавшего свободу слова «буржуазным излишеством». Они лично встретились с Владимиром Лениным, уверявшим их, что революционная власть не может действовать иначе в условиях контрреволюции и иностранной интервенции.
Подавление Кронштадтского восстания в марте 1921 года стало для неё точкой невозврата — как писала сама Гольдман, «идея покинуть Россию до этого ни разу не рождалась в моей голове», но после Кронштадта они с Беркманом приняли однозначное решение уехать. Летом 1921 года ещё находились в Москве, встречались там с Александром и Надеждой Улановскими перед их поездкой в Берлин. Как только стал возможен выезд из Советской России за границу, они в декабре 1921 года покинули «первое в мире государство рабочих и крестьян» и отправились в Ригу, столицу Латвийской Республики.
В 1935 году резко раскритиковала Сталина, назвав его правительство самым жестоким и бесчеловечным, которое когда-либо знал мир.
Пропагандистский материал против Гольдман, называющий её «верховной жрицей анархии, вдохновившей Чолгоша на его преступление»
После самоубийства Беркмана Гольдман ездила в Испанию в июле и сентябре 1936 года, чтобы поддержать республиканское правительство в гражданской войне против диктатора Франко. Её приветствовали Национальная конфедерация труда и Федерация анархистов Иберии, в Уэске она наблюдала за воплощением анархо-коммунистических принципов в сельских коммунах. До самого конца войны она писала статьи для издания Spain and the World и собирала средства для помощи Испании.
Умерла Эмма Гольдман 14 мая 1940 года в Торонто. Американскими иммиграционными властями было дано разрешение на её захоронение в США, и она была похоронена в Форест-Парк, штат Иллинойс — рядом с хеймаркетскими мучениками.
На могиле Эммы Гольдман написано «Liberty will not descend to a people, a people must raise themselves to Liberty» («Свобода не снизойдёт к народу, народ должен сам дорасти до Свободы»).
Несколько отрывочных абзацев из ее жизни.
Эмма Го́льдман, или Го́лдман (англ. Emma Goldman; 15 июня [27 июня] 1869, Ковно, Российская империя — 14 мая 1940, Торонто, Канада) — российская и американская политическая активистка и писательница. Сыграла ключевую роль в развитии политической философии анархизма в Северной Америке и Европе в первой половине XX века.
Однажды на улице в Папиле Голдман стала свидетельницей избиения крестьянина кнутом. Увиденное сильно впечатлило её, после чего Эмма на всю жизнь возненавидела жестокость власти.
Когда Гольдман было семь, она со своей семьёй переехала в прусский город Кёнигсберг, где была зачислена в реальное училище. Эмма была крайне непослушной и бойкой ученицей, за что часто подвергалась наказаниям со стороны учителей, один избивал её линейкой, а другой пытался приставать к ней и другим ученицам, за что был уволен, когда Гольдман начала бунтовать. Найти сочувствующего наставника Эмме удалось в лице своего учителя немецкого языка, который одалживал ей книги и однажды взял с собой в оперу. Позже Голдман сдала экзамен для поступления в гимназию, но из-за отказа учителя религии предоставить ей справку о хорошем поведении она потеряла возможность стать гимназисткой.
Семья переехала в Санкт-Петербург, где Авраам один за другим открывал не пользовавшиеся успехом магазины. Из-за бедности дети были вынуждены самостоятельно зарабатывать деньги, вследствие чего Гольдман пришлось работать в магазине корсетов. Юная Эмма умоляла отца позволить ей вернуться в школу, но вместо этого он бросил её книгу по французскому в огонь и крикнул: «Девушкам не нужно много учиться! Всё, что требуется еврейской дочери, — это знать, как готовить фаршированную рыбу и лапшу, и родить мужу побольше детей».
11 февраля 1916 года Эмма вновь арестована. На этот раз — за распространение литературы о контроле над рождаемостью. Гольдман считала аборты трагическим следствием тяжёлого социального положения женщин и вместе с Маргарет Сэнгер отстаивала планирование семьи и распространение контрацепции. И Сэнгер, и Гольдман подпали под действие «законов Комстока», определявших подобные публикации как «непристойные».
Когда Эмма вышла из тюрьмы, в США развернулась антикоммунистическая кампания: «Рейды Палмера» направлялись против «красных» — леворадикальных активистов как коммунистического, так и анархического толка. В ходе этой кампании было возбуждено дело о депортации Гольдман: она подлежала депортации в соответствии с законами об анархизме и о подстрекательстве к мятежу, а также как иностранка, два или более раз привлекавшаяся к уголовной ответственности. В ходе процесса обвинение представлял не кто иной, как Эдгар Гувер лично. Гувер охарактеризовал Эмму Гольдман как одного из самых опасных анархистов Америки.
21 декабря 1919 года 249 человек, включая Эмму Гольдман, Александра Беркмана и большую группу других депортированных из числа уроженцев бывшей Российской империи, были посажены на пароход «Буфорд» («Красный / Советский ковчег») и отправлены в Советскую Россию. «Буфорд» высадил пассажиров в финском порту Ханко, откуда те доехали в пломбированных автомобилях до Белоострова, где их с триумфом встретили большевики.
В РСФСР Гольдман ехала полная эйфории и, несмотря на свой скепсис к любому государству, готовая поддержать большевиков — хотя пути анархистов и марксистов разошлись ещё в Первом Интернационале. Однако действительность оказалась далека от её представлений. Едва прибыв в Петроград, они с Беркманом были удручены словами партийного функционера, назвавшего свободу слова «буржуазным излишеством». Они лично встретились с Владимиром Лениным, уверявшим их, что революционная власть не может действовать иначе в условиях контрреволюции и иностранной интервенции.
Подавление Кронштадтского восстания в марте 1921 года стало для неё точкой невозврата — как писала сама Гольдман, «идея покинуть Россию до этого ни разу не рождалась в моей голове», но после Кронштадта они с Беркманом приняли однозначное решение уехать. Летом 1921 года ещё находились в Москве, встречались там с Александром и Надеждой Улановскими перед их поездкой в Берлин. Как только стал возможен выезд из Советской России за границу, они в декабре 1921 года покинули «первое в мире государство рабочих и крестьян» и отправились в Ригу, столицу Латвийской Республики.
В 1935 году резко раскритиковала Сталина, назвав его правительство самым жестоким и бесчеловечным, которое когда-либо знал мир.
Пропагандистский материал против Гольдман, называющий её «верховной жрицей анархии, вдохновившей Чолгоша на его преступление»
После самоубийства Беркмана Гольдман ездила в Испанию в июле и сентябре 1936 года, чтобы поддержать республиканское правительство в гражданской войне против диктатора Франко. Её приветствовали Национальная конфедерация труда и Федерация анархистов Иберии, в Уэске она наблюдала за воплощением анархо-коммунистических принципов в сельских коммунах. До самого конца войны она писала статьи для издания Spain and the World и собирала средства для помощи Испании.
Умерла Эмма Гольдман 14 мая 1940 года в Торонто. Американскими иммиграционными властями было дано разрешение на её захоронение в США, и она была похоронена в Форест-Парк, штат Иллинойс — рядом с хеймаркетскими мучениками.
На могиле Эммы Гольдман написано «Liberty will not descend to a people, a people must raise themselves to Liberty» («Свобода не снизойдёт к народу, народ должен сам дорасти до Свободы»).
Ветеран
Местный
Бедный Зайцев, он так и не понял причину произошедшей катастрофы. Пытается скрыть нищету, которую явственно ощущает, но прячет под приукрашенным словоблудием о Родине. А все от того, что выбрал ложную иерархию святынь. Бесспорное и высокое место у человека должен занимать Бог, но Зайцев даже не упоминает о Нем. Родина - вторичная ценность для истинно-верующего христианина. Ложная иерархия привела русских людей к катастрофе тогда, она привела их к ней и сейчас.
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
Ну тогда, коллега, вам еще статья от Красной Эммы
Эмма Гольдман. Патриотизм - угроза свободе
Что такое патриотизм? Есть ли это любовь к нашей родине, к месту наших детских воспоминаний и надежд, мечтаний и ожиданий? Есть ли это место, где в детской наивности мы следили за плывущими облаками и удивлялись, почему мы также не можем улететь с ними? Место, где мы считали миллиард сверкающих звезд, боясь, что это все чьи-то глаза, пронизывающие наши души? Есть ли это место, где мы слушали пение птиц и желали иметь крылья, чтобы лететь с ними в далекие земли? Или место, где мы сидели на коленях матери, завороженные удивительными рассказами о великих подвигах и завоеваниях? Вообще есть ли это место, где на каждом шагу нас охватывают милые и дорогие воспоминания о счастливых радостных днях детства?
Если это есть патриотизм, то очень немногих американцев можно призвать к патриотизму, так как место их детских игр давно обращено в фабрику, завод или рудники, а оглушающий стук машин заменил собой пение птиц. Мы не можем также слушать рассказы о великих деяниях, так как наши матери не могут рассказывать нам ничего другого кроме истории страдания, горя, слез и нищеты.
Что же такое патриотизм? «Патриотизм, сэр, есть последнее прибежище негодяев», – говорил доктор Сэмюэль Джонсон. Лев Толстой, величайший противник патриотизма нашего времени, определяет его, как принцип, который оправдывает подготовку массовых убийц; как ремесло, которое требует лучшего снаряжения для убийства людей, чем для изготовление необходимых нам вещей, таких как обувь, платье и дома; как занятие, которое обеспечивает лучшие доходы и большую славу, чем труд честного рабочего.
Гюстав Эрве, другой великий анти-патриот, справедливо называет патриотизм предрассудком гораздо более вредным, грубым и бесчеловечным, чем религия. Религия явилась результатом неспособности человека объяснить естественные явления природы. Когда первобытный человек слышал гром или видел молнию, он не мог объяснить себе ни того, ни другого и поэтому решил, что за этими явлениями таится сила гораздо большая, чем он сам. Также он видел сверхъестественную силу в дожде и в других переменах в природе. Патриотизм же наоборот есть предрассудок, искусственно созданный и поддерживаемый целой сетью лжи и неправды, предрассудок, лишающий человека самоуважения и достоинства и увеличивающий его высокомерие и гордыня.
Действительно высокомерие, гордыня и эгоизм являются составными частями патриотизма. Проиллюстрируем это примерами. Патриотизм полагает, что наш земной шар разделен на маленькие участки, каждый из которых окружен железной решеткой. Те, кто имел счастье родиться в определенном месте, считают себя лучше, благородней, умнее, чем живые существа, обитающие в других местах. Поэтому тот, кто живет на данном избранном месте, должен сражаться, убивать и если нужно умереть, стараясь навязать свое превосходство всем другим.
Обитатели других мест рассуждают таким же образом, и в результате с самого раннего детства ум ребенка отравлен историями, от которых стынет кровь, относительно немцев, французов, итальянцев, русских и т. д. Когда ребенок достигает зрелого возраста, он уже весь проникнут убеждением, что сам бог избрал его для защиты его страны против нападений или вторжений иностранцев. Именно для этой цели мы требуем увеличения армии и флота, требуем больше броненосцев и амуниции. Для этой цели Америка в течение короткого времени истратила 400.000.000 долларов. Только подумайте – 400.000.000 долларов отняты из того, что произведено народом. Ибо, конечно, не богатые доставляют средства на патриотизм. Богачи космополитичны, им удобно и хорошо везде во всяком государстве. Мы в Америке знаем это слишком хорошо. Разве наши богатые американцы не являются французами во Франции, германцами в Германии и англичанами в Англии? И разве они не тратят с изящным равнодушием средства, созданные трудом фабричных детей и рабов в Америке? Таков их патриотизм, который позволяет им посылать соболезнующие телеграммы различным деспотам вроде русского царя, когда с ним случается несчастье, – как это сделал президент Рузвельт от имени своего народа, когда великий князь Сергей был убит русскими революционерами.
Этот патриотизм готов поддерживать архиразбойника и убийцу президента Диаса, когда он убивает людей тысячами в Мексике, и даже готов помогать ему арестовывать мексиканских революционеров на американской земле и держать их в американских тюрьмах без всякого к тому повода или основания.
Но, конечно, патриотизм предполагается не только для тех, кто имеет власть и деньги, а для всего народа. Это напоминает нам исторический рассказ о Фридрихе Великом, интимном друге Вольтера, который сказал: "Религия есть обман, но ее нужно поддерживать для народа".
Патриотизм – очень дорогое учреждение, – в этом нельзя сомневаться после указываемых нами ниже цифр. Прогрессивное увеличение расходов на крупнейшие армии и флоты всего мира в течение последней четверти века таково, что должно поразить каждого вдумчивого экономиста. Чтобы дать вкратце представление об этом, мы разделим время от 1881 года до 1905 года на 5-летние периоды и сравним расходы на армию и флот главных наций в первом и последнем периоде. Получаем следующие цифры: расходы Великобритании увеличились с 2.101.848.936 долларов до 4.143.226.885 долларов; Франции – с 3.324.500.000 долларов до 3.445.109.000 долларов; Германии – с 725.000.200 долларов до 2.700.375.600 долларов; Америки – с 1.275.500.750 долларов до 2.650.900.450 долларов; России – с 1.900.975.500 долларов до 5.250.445.100 долларов, Италии – с 1.600.975.750 долларов до 1.755.500.100 долларов; Японии – с 182.900.500 долларов до 700.925.475 долларов.
Военные расходы каждой из этих наций увеличились за каждый из 5-летних периодов. В течение всего промежутка от 1881 года до 1905 расходы Англии на армию увеличились в 4 раза, Америки в 3 раза, России в 2 раза, Германии на 35%, Франции на 15%, и Японии почти на 500%. Если мы сравним расходы на армии с цифрой всех расходов за те же 25 лет, кончая 1905 годом, то пропорциональное увеличение выражается следующими цифрами: в Великобритании с 20% до 37%, в Америке с 15% до 23%, во Франции с 16% до 18%, в Италии с 12% до 15% и в Японии с 12% до 14%. С другой стороны, интересно отметить, что в Германии наблюдается уменьшение с 68% до 25%, но это объясняется огромным увеличением имперских расходов на другие нужды; фактически же расходы на армию за периоды 1901-1905 гг. были выше, чем в любой из предыдущих 5-летних периодов. Статистика показывает, что странами с наибольшими военными расходами соответственно общей сумме доходов являются по порядку: Англия, Америка, Япония, Франция и Италия.
Сравнительные цифры расходов на флот не менее красноречивы. В течение 25 лет, заканчивая 1905 годом, морские расходы крупнейших держав увеличивались следующим образом: Великобритании на 300%, Франции на 60%, Германии на 600%, Америки на 525%, России на 300%, Италии на 250%, и Японии на 700%. Если не считать Англии, Соединенные Штаты тратят на флот больше, чем какая бы то ни было другая нация, и эти расходы составляют большую часть всех расходов государства, чем у любой другой державы. За период 1881-85 гг. в Америке на морские расходы приходилось 6 долларов 20 центов из каждых 100 долларов общих расходов; в течение следующего пятилетия цифра возросла до 6 долларов 60 центов, затем до 8 долларов 10 центов, дальше до 11 долларов 70 центов и за период 1901 – 1905 гг. до 16 долларов 40 центов. Несомненно, что теперь расходы на флот увеличились еще больше.
Стоимость непреодолимо растущего милитаризма может быть еще показана посредством суммы, приходящейся на душу населения. С первого до последнего пятилетия сравнительные цифры показывают следующее увеличение: в Англии с 18 долл. 47 цент, до 52 долл. 50 цент.; во Франции с 19 долл. 66 цент., до 23 долл. 62 цент.; в Германии с 10 долл. 17 цент. до 15 долл. 51 цент.; в Америке с 5 д. 62 ц. до 13 д. 64 ц.; в России с 6 д. 14 ц. до 8 д. 37 ц.; в Италии с 9 д. 59 ц. до 11 д. 24 ц. и в Японии с 86 ц. до 3 д. 11 ц.
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
Тяжесть экономического бремени милитаризма особенно ясно вырисовывается из этой таблицы, ибо, по имеющимся у нас данным, видно, что увеличение расходов на армию и флот быстро обгоняет рост населения в каждой из упомянутых выше стран. Другими словами, продолжение роста милитаризма угрожает этим нациям прогрессивным вырождением и истощением, как их людского материала, так и естественных ресурсов.
Эта безумная трата сил и средств должна быть достаточна, чтобы излечить даже человека среднего ума от болезни патриотизма. Однако он требует еще большего. Народ заставляют быть патриотичным, и за эту роскошь он должен платить, не только поддерживая своих "защитников", но и жертвуя своими детьми, ибо патриотизм требует верности знамени, а это значит послушание и готовность убить отца, мать, брата и сестру.
Обычно утверждают, что нам необходимо иметь постоянную армию для защиты страны от иностранного вторжения. Однако, каждый разумный мужчина и женщина знает, что это миф, поддерживаемый затем, чтобы пугать и принуждать глупых людей. Правительства всех стран мира, зная интересы друг друга, не вторгаются в чужие владения. Они научились той истине, что можно больше выиграть посредством международного арбитража, чем посредством войны и завоевания. Карлейль сказал: "Война есть ссора между двумя ворами, которые слишком трусливы, чтобы сражаться самим; поэтому они берут юношей из одного и другого селения, одевают их в мундиры, дают им оружие и выпускают, как диких зверей, драться друг против друга".
Не нужно быть слишком умным, чтобы быть в состоянии свести любую войну к одной и той же общей причине. Возьмем нашу испано-американскую войну, которая считается великим и патриотическим событием в истории Соединенных Штатов. Как наши сердца в то время горели негодованием против жестоких испанцев! Правда, наше вдохновение не вспыхнуло сразу. Оно подогревалось в течение нескольких месяцев газетной агитацией и долго спустя после того, как Вейлер убил многих кубанцев и обидел многих кубанских женщин. Тем не менее, воздавая должную справедливость американскому народу, нужно сказать, что он на самом деле был полон негодования и был готов сражаться и сражался храбро. Но когда пыл простыл, когда мертвые были похоронены, и стоимость ведения войны предстала перед народом в виде возросших цен на товары и квартиры, – вообще когда мы пришли в себя после патриотического опьянения, то нам сразу стало ясно, что причина испано-американской войны сводится, в сущности, к тому, какая будет цена на сахар. Иначе говоря, жизнь, кровь и средства американского народа были потрачены на то, чтобы охранить интересы американских капиталистов, которым угрожало испанское правительство. Это не есть преувеличение, это основано на абсолютных фактах и цифрах и доказывается отношением американского правительства к кубинским рабочим. Когда Куба очутилась во власти Америки, то тем же самым солдатам, которые были посланы для освобождения Кубы, было приказано стрелять в кубинских рабочих сигарных фабрик во время большой стачки, которую они организовали вскоре после войны.
Но мы не одни виноваты в том, что начинали войну из-за таких соображений. Занавес начинает немного приподниматься над историей ужасной русско-японской войны, которая стоила столько крови и слез, и мы видим, что за страшным Молохом войны опять таки стоит еще более страшный бог выгоды и наживы. Куропаткин, русский военный министр, раскрыл истинный секрет начала войны. Оказывается, что царь и великие князья вложили деньги в корейские концессии, и война была предпринята единственно ради того, чтобы можно было поскорее получить большие капиталы.
Утверждение, что постоянная армия и флот являются лучшим обеспечением мира, столь же логично, как тезис о том, что самые мирные граждане в городе те, кто лучше других вооружен. Повседневный опыт показывает, что вооруженный человек обязательно хочет попробовать свою силу. То же исторически применимо к правительствам. Действительно, мирные страны не тратят свою жизнь и энергию на приготовление к войне и тем самым лучше охраняют интересы мира.
Требование увеличений армии и флота вызывается отнюдь не внешней опасностью, а страхом перед растущим недовольством народных масс и перед духом международного единения рабочих. Державы вооружаются именно для борьбы с внутренним врагом, – врагом, который раз пробудившись, будет в тысячу раз более опасен, чем вторгающийся неприятель.
Державы в течение столетий были заняты порабощением народных масс и хорошо изучили их психологию. Они знают, что народные массы похожи на маленьких детей, горе и слезы которых легко обратить в радость, дав им маленькую игрушку. И чем ярче одета игрушка, чем пестрей ее окраска, тем более она им нравится.
Армия и флот представляют собой такие игрушки для народа. Чтобы сделать их более привлекательными и приемлемыми, сотни и тысячи долларов тратятся на показ этих игрушек. Американское правительство оборудовало флот и послало его к тихоокеанскому побережью, чтобы каждый американский гражданин чувствовал гордость и славу Соединенных Штатов. Город Сан-Франциско истратил 100.000 долларов на прием и угощение флота; Лос-Анджелес – 60.000 долларов; Сиэтл и Такома – около 100.000 долларов. Прием и угощение флота? Это значит обед и вино для высших офицеров в то время, как "храбрые молодцы" должны были прибегнуть к мятежу, чтобы получить достаточно пищи. Да, 260.000 долларов были потрачены на фейерверки, театры и развлечения в то время, как мужчины, женщины и дети в стране голодали на улицах, и когда тысячи безработных были готовы продать свой труд за любую плату, лишь бы не умереть с голоду.
260.000 долларов! Чего только нельзя было сделать на такую громадную сумму! Но вместо хлеба и крова, дети этих городов были взяты на смотр флота, чтобы это могло остаться, как выразилась одна газета, "в памяти ребенка навсегда".
Эта безумная трата сил и средств должна быть достаточна, чтобы излечить даже человека среднего ума от болезни патриотизма. Однако он требует еще большего. Народ заставляют быть патриотичным, и за эту роскошь он должен платить, не только поддерживая своих "защитников", но и жертвуя своими детьми, ибо патриотизм требует верности знамени, а это значит послушание и готовность убить отца, мать, брата и сестру.
Обычно утверждают, что нам необходимо иметь постоянную армию для защиты страны от иностранного вторжения. Однако, каждый разумный мужчина и женщина знает, что это миф, поддерживаемый затем, чтобы пугать и принуждать глупых людей. Правительства всех стран мира, зная интересы друг друга, не вторгаются в чужие владения. Они научились той истине, что можно больше выиграть посредством международного арбитража, чем посредством войны и завоевания. Карлейль сказал: "Война есть ссора между двумя ворами, которые слишком трусливы, чтобы сражаться самим; поэтому они берут юношей из одного и другого селения, одевают их в мундиры, дают им оружие и выпускают, как диких зверей, драться друг против друга".
Не нужно быть слишком умным, чтобы быть в состоянии свести любую войну к одной и той же общей причине. Возьмем нашу испано-американскую войну, которая считается великим и патриотическим событием в истории Соединенных Штатов. Как наши сердца в то время горели негодованием против жестоких испанцев! Правда, наше вдохновение не вспыхнуло сразу. Оно подогревалось в течение нескольких месяцев газетной агитацией и долго спустя после того, как Вейлер убил многих кубанцев и обидел многих кубанских женщин. Тем не менее, воздавая должную справедливость американскому народу, нужно сказать, что он на самом деле был полон негодования и был готов сражаться и сражался храбро. Но когда пыл простыл, когда мертвые были похоронены, и стоимость ведения войны предстала перед народом в виде возросших цен на товары и квартиры, – вообще когда мы пришли в себя после патриотического опьянения, то нам сразу стало ясно, что причина испано-американской войны сводится, в сущности, к тому, какая будет цена на сахар. Иначе говоря, жизнь, кровь и средства американского народа были потрачены на то, чтобы охранить интересы американских капиталистов, которым угрожало испанское правительство. Это не есть преувеличение, это основано на абсолютных фактах и цифрах и доказывается отношением американского правительства к кубинским рабочим. Когда Куба очутилась во власти Америки, то тем же самым солдатам, которые были посланы для освобождения Кубы, было приказано стрелять в кубинских рабочих сигарных фабрик во время большой стачки, которую они организовали вскоре после войны.
Но мы не одни виноваты в том, что начинали войну из-за таких соображений. Занавес начинает немного приподниматься над историей ужасной русско-японской войны, которая стоила столько крови и слез, и мы видим, что за страшным Молохом войны опять таки стоит еще более страшный бог выгоды и наживы. Куропаткин, русский военный министр, раскрыл истинный секрет начала войны. Оказывается, что царь и великие князья вложили деньги в корейские концессии, и война была предпринята единственно ради того, чтобы можно было поскорее получить большие капиталы.
Утверждение, что постоянная армия и флот являются лучшим обеспечением мира, столь же логично, как тезис о том, что самые мирные граждане в городе те, кто лучше других вооружен. Повседневный опыт показывает, что вооруженный человек обязательно хочет попробовать свою силу. То же исторически применимо к правительствам. Действительно, мирные страны не тратят свою жизнь и энергию на приготовление к войне и тем самым лучше охраняют интересы мира.
Требование увеличений армии и флота вызывается отнюдь не внешней опасностью, а страхом перед растущим недовольством народных масс и перед духом международного единения рабочих. Державы вооружаются именно для борьбы с внутренним врагом, – врагом, который раз пробудившись, будет в тысячу раз более опасен, чем вторгающийся неприятель.
Державы в течение столетий были заняты порабощением народных масс и хорошо изучили их психологию. Они знают, что народные массы похожи на маленьких детей, горе и слезы которых легко обратить в радость, дав им маленькую игрушку. И чем ярче одета игрушка, чем пестрей ее окраска, тем более она им нравится.
Армия и флот представляют собой такие игрушки для народа. Чтобы сделать их более привлекательными и приемлемыми, сотни и тысячи долларов тратятся на показ этих игрушек. Американское правительство оборудовало флот и послало его к тихоокеанскому побережью, чтобы каждый американский гражданин чувствовал гордость и славу Соединенных Штатов. Город Сан-Франциско истратил 100.000 долларов на прием и угощение флота; Лос-Анджелес – 60.000 долларов; Сиэтл и Такома – около 100.000 долларов. Прием и угощение флота? Это значит обед и вино для высших офицеров в то время, как "храбрые молодцы" должны были прибегнуть к мятежу, чтобы получить достаточно пищи. Да, 260.000 долларов были потрачены на фейерверки, театры и развлечения в то время, как мужчины, женщины и дети в стране голодали на улицах, и когда тысячи безработных были готовы продать свой труд за любую плату, лишь бы не умереть с голоду.
260.000 долларов! Чего только нельзя было сделать на такую громадную сумму! Но вместо хлеба и крова, дети этих городов были взяты на смотр флота, чтобы это могло остаться, как выразилась одна газета, "в памяти ребенка навсегда".
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
Хорошие вещи предлагают запомнить детям! Орудия цивилизованного убийства! Если память ребенка должна быть отравлена такими воспоминаниями, то куда же годятся наши надежды на осуществление всемирного братства?
Мы, американцы, претендуем на то, что мы являемся миролюбивым народом. Мы ненавидим пролитие крови и противимся всякому насилию. Однако мы чуть не впадаем в истерику от радости по поводу того, что с аэропланов можно бросать динамитные бомбы в беззащитных граждан. Мы готовы вешать, линчевать или казнить электрическим током кого угодно, кто под влиянием нужды рискнет своею жизнью и устроит покушение на жизнь какого-нибудь промышленного короля. Наши сердца наполняются гордостью при мысли, что Америка становится самой могучей нацией в мире, и что она сможет при случае поставить свою ногу на шею всем другим народам.
Такова логика патриотизма.
Патриотизм оказывает весьма скверное влияние на среднего обыкновенного человека, но это ничто в сравнении с оскорблениями и унижениями, которым патриотизм подвергает солдата, – эту бедную обманутую жертву невежества и предрассудка. Что патриотизм готовит в будущем для него – защитника страны и хранителя нации? Ничего другого кроме жизни, полной рабского подчинения, порока и разврата во время мира и опасности, лишений и даже смерти во время войны.
Когда я в последний раз выступала с лекцией в Сан-Франциско, я посетила Президно, самый очаровательный уголок с видом на бухту и парк. Там следовало бы устроить площадку для детских игр, сад и музыку для отдыха усталых. Вместо этого все местечко изуродовано безобразными, серыми казармами, в которых любой богач не поселил бы даже своих собак. В этих ужасных казармах солдаты напиханы, как скот; здесь они проводят свою молодость, чистя сапоги и полируя медные пуговицы старших офицеров. Здесь, как я видела, установлен принцип различия классов: сыны свободной республики, вытянувшись в линию, как арестанты, отдавали честь каждому проходящему молокососу-лейтенанту. Пресловутое американское равенство на самом деле унижает человеческое достоинство и ставит выше всего мундир!
Казарменная жизнь развивает тенденции полового извращения и постепенно приводит к тем же результатам, которые получаются в европейских милитаризованных странах. Хэвелок Эллис, известный писатель по вопросам половой психологии, подробно изучает этот вопрос и говорит: "Некоторые из казарм являются большими центрами мужской проституции… Число проституирующих солдат больше, чем мы хотели бы верить. Без всякого преувеличения можно сказать, что в некоторых полках большинство солдат продают себя… В летние вечера Гайд-Парк и местность около Альберт-Гейт полны гвардейскими и другими солдатами в форме и без нее, почти открыто занимающимися этим делом… В большинстве случаев это дает приличный заработок в добавление к карманным деньгам Томми Аткинса".
До каких размеров этот разврат проник в армию и флот, можно видеть из того, что, оказывается, существуют особые дома для этой формы проституции. Такая практика наблюдается не только в Англии, но и во всех других странах. "За солдатами гоняются во Франции не менее, чем в Англии или Германии. В Париже и других городах, где стоят гарнизоны, существуют особые дома для военной проституции".
Если бы Хэвелок Эллис включил в свое исследование половых извращений также Америку, то он увидел бы здесь такую же картину в нашей армии и флоте. Увеличение постоянной армии неизбежно усиливает рост половых извращений, – казармы в этом отношении играют роль инкубаторов.
Но оставляя в стороне дурное влияние казарменной жизни на половые инстинкты, мы находим, что она делает солдата неспособным ни к какой полезной работе после оставления им армии. Люди, знающие какое-нибудь ремесло, редко идут в армию и флот, но даже они после военной службы становятся неспособными к своей прежней профессии. Они усваивают привычки к праздности и вкус к возбуждению и приключениям; поэтому мирная работа не может удовлетворять их. Отпущенные из армии, они не могут уже вернуться к полезной работе. Обычно, именно социальные отбросы, отбывшие наказание арестанты и т.п. идут в армию, куда их загоняет жизненная борьба и наклонность к ничегонеделанию. По освобождении из армии они опять вступают на прежний путь преступлений, еще более огрубелые и развращенные, чем раньше. Известно, что в наших тюрьмах есть большой процент преступников – прежних солдат. С другой стороны, армия и флот в большой степени пополняются бывшими преступниками!
Дух патриотизма не терпит целостности и независимости личности, – особенно характерен в этом отношении случай с солдатом Вильямом Бувальда. Он глупо верил, что можно быть солдатом и в то же время пользоваться своими правами человека, – военные власти подвергли его за это суровому наказанию. Правда, он в армии служил более 15 лет, и в течение этого времени его послужной список был безупречен. Поэтому генерал Фунстон смягчил приговор и назначил ему лишь 3 года тюремного заключения, сказав при этом следующие характерные слова: "первый долг офицера или солдата – беспрекословное повиновение и преданность своему начальству; совершенно не важно, одобряет ли он это начальство или нет". Эти слова Фунстона определяют точно характер военной дисциплины. Согласно ему вступление в армию есть отказ от Декларации Прав Независимости!
Какое странное развитие патриотизма, превращающее мыслящее существо в лояльную машину!
В оправдание этого сурового приговора над Бувальдой генерал Фунстон заявил американскому народу, что преступление его было "серьезным преступлением, равным измене".
Что же это было за "ужасное преступление"? Оказывается, Вильям Бувальда был на публичном митинге в Сан-Франциско, где присутствовало около 1500 человек, и там – о, ужас! – он пожал руку оратору, который был ни кто иной, как Эмма Гольдман! Действительно, ужасное преступление, о котором генерал Фунстон говорит: "серьезное военное преступление, оно гораздо хуже, чем дезертирство".
Можно ли придумать более худшее обвинение против патриотизма, чем этот случай, когда человека ни с того, ни с сего объявили преступником, посадили в тюрьму и отняли у него все плоды 15-летней верной безупречной службы? Бувальда отдал своему отечеству лучшие годы своей жизни и своей юности. Но все это ничего не стоило. Патриотизм неумолим, и, как все ненасытные чудовища, он требует или все, или ничего. Он не допускает, что солдат в то же время может быть человеком, который имеет право на свои мнения и чувства, право на свои наклонности и идеи. Патриотизм не дозволяет этого. Таков урок, который Бувальда должен был теперь выучить – он выучил его дорогой ценой, но не без пользы для себя. Когда его выпустили на свободу, он потерял свое положение в армии, но зато получил право на самоуважение. Для этого стоит отбыть 3 года тюремного заключения! Один писатель, говоря о милитаризме в Америке, в своей последней статье рассуждает о власти военных над гражданским населением в Германии. Между прочим, он говорит, что, если наша республика не имеет никакой другой цели, кроме гарантирования всем гражданам равных прав, то она уже одним этим оправдывает свое существование. Я убеждена, что писатель не был в Колорадо во время патриотического режима генерала Белла. Он, вероятно, переменил бы свое мнение, если бы видел, как во имя патриотизма и республики людей бросали в клетки для скота, тащили, прогоняли через границу и подвергали всяческим оскорблениям и унижениям. Этот инцидент в Колорадо не является единичным в процессе роста военной власти в Соединенных Штатах. Не проходит ни одной стачки, где войска и милиция не явились бы на помощь администрации, и где они не действовали бы так же высокомерно и грубо, как солдаты кайзера. Кроме того, мы имеем так называемый военный закон Дика. Разве писатель забыл об этом?
Мы, американцы, претендуем на то, что мы являемся миролюбивым народом. Мы ненавидим пролитие крови и противимся всякому насилию. Однако мы чуть не впадаем в истерику от радости по поводу того, что с аэропланов можно бросать динамитные бомбы в беззащитных граждан. Мы готовы вешать, линчевать или казнить электрическим током кого угодно, кто под влиянием нужды рискнет своею жизнью и устроит покушение на жизнь какого-нибудь промышленного короля. Наши сердца наполняются гордостью при мысли, что Америка становится самой могучей нацией в мире, и что она сможет при случае поставить свою ногу на шею всем другим народам.
Такова логика патриотизма.
Патриотизм оказывает весьма скверное влияние на среднего обыкновенного человека, но это ничто в сравнении с оскорблениями и унижениями, которым патриотизм подвергает солдата, – эту бедную обманутую жертву невежества и предрассудка. Что патриотизм готовит в будущем для него – защитника страны и хранителя нации? Ничего другого кроме жизни, полной рабского подчинения, порока и разврата во время мира и опасности, лишений и даже смерти во время войны.
Когда я в последний раз выступала с лекцией в Сан-Франциско, я посетила Президно, самый очаровательный уголок с видом на бухту и парк. Там следовало бы устроить площадку для детских игр, сад и музыку для отдыха усталых. Вместо этого все местечко изуродовано безобразными, серыми казармами, в которых любой богач не поселил бы даже своих собак. В этих ужасных казармах солдаты напиханы, как скот; здесь они проводят свою молодость, чистя сапоги и полируя медные пуговицы старших офицеров. Здесь, как я видела, установлен принцип различия классов: сыны свободной республики, вытянувшись в линию, как арестанты, отдавали честь каждому проходящему молокососу-лейтенанту. Пресловутое американское равенство на самом деле унижает человеческое достоинство и ставит выше всего мундир!
Казарменная жизнь развивает тенденции полового извращения и постепенно приводит к тем же результатам, которые получаются в европейских милитаризованных странах. Хэвелок Эллис, известный писатель по вопросам половой психологии, подробно изучает этот вопрос и говорит: "Некоторые из казарм являются большими центрами мужской проституции… Число проституирующих солдат больше, чем мы хотели бы верить. Без всякого преувеличения можно сказать, что в некоторых полках большинство солдат продают себя… В летние вечера Гайд-Парк и местность около Альберт-Гейт полны гвардейскими и другими солдатами в форме и без нее, почти открыто занимающимися этим делом… В большинстве случаев это дает приличный заработок в добавление к карманным деньгам Томми Аткинса".
До каких размеров этот разврат проник в армию и флот, можно видеть из того, что, оказывается, существуют особые дома для этой формы проституции. Такая практика наблюдается не только в Англии, но и во всех других странах. "За солдатами гоняются во Франции не менее, чем в Англии или Германии. В Париже и других городах, где стоят гарнизоны, существуют особые дома для военной проституции".
Если бы Хэвелок Эллис включил в свое исследование половых извращений также Америку, то он увидел бы здесь такую же картину в нашей армии и флоте. Увеличение постоянной армии неизбежно усиливает рост половых извращений, – казармы в этом отношении играют роль инкубаторов.
Но оставляя в стороне дурное влияние казарменной жизни на половые инстинкты, мы находим, что она делает солдата неспособным ни к какой полезной работе после оставления им армии. Люди, знающие какое-нибудь ремесло, редко идут в армию и флот, но даже они после военной службы становятся неспособными к своей прежней профессии. Они усваивают привычки к праздности и вкус к возбуждению и приключениям; поэтому мирная работа не может удовлетворять их. Отпущенные из армии, они не могут уже вернуться к полезной работе. Обычно, именно социальные отбросы, отбывшие наказание арестанты и т.п. идут в армию, куда их загоняет жизненная борьба и наклонность к ничегонеделанию. По освобождении из армии они опять вступают на прежний путь преступлений, еще более огрубелые и развращенные, чем раньше. Известно, что в наших тюрьмах есть большой процент преступников – прежних солдат. С другой стороны, армия и флот в большой степени пополняются бывшими преступниками!
Дух патриотизма не терпит целостности и независимости личности, – особенно характерен в этом отношении случай с солдатом Вильямом Бувальда. Он глупо верил, что можно быть солдатом и в то же время пользоваться своими правами человека, – военные власти подвергли его за это суровому наказанию. Правда, он в армии служил более 15 лет, и в течение этого времени его послужной список был безупречен. Поэтому генерал Фунстон смягчил приговор и назначил ему лишь 3 года тюремного заключения, сказав при этом следующие характерные слова: "первый долг офицера или солдата – беспрекословное повиновение и преданность своему начальству; совершенно не важно, одобряет ли он это начальство или нет". Эти слова Фунстона определяют точно характер военной дисциплины. Согласно ему вступление в армию есть отказ от Декларации Прав Независимости!
Какое странное развитие патриотизма, превращающее мыслящее существо в лояльную машину!
В оправдание этого сурового приговора над Бувальдой генерал Фунстон заявил американскому народу, что преступление его было "серьезным преступлением, равным измене".
Что же это было за "ужасное преступление"? Оказывается, Вильям Бувальда был на публичном митинге в Сан-Франциско, где присутствовало около 1500 человек, и там – о, ужас! – он пожал руку оратору, который был ни кто иной, как Эмма Гольдман! Действительно, ужасное преступление, о котором генерал Фунстон говорит: "серьезное военное преступление, оно гораздо хуже, чем дезертирство".
Можно ли придумать более худшее обвинение против патриотизма, чем этот случай, когда человека ни с того, ни с сего объявили преступником, посадили в тюрьму и отняли у него все плоды 15-летней верной безупречной службы? Бувальда отдал своему отечеству лучшие годы своей жизни и своей юности. Но все это ничего не стоило. Патриотизм неумолим, и, как все ненасытные чудовища, он требует или все, или ничего. Он не допускает, что солдат в то же время может быть человеком, который имеет право на свои мнения и чувства, право на свои наклонности и идеи. Патриотизм не дозволяет этого. Таков урок, который Бувальда должен был теперь выучить – он выучил его дорогой ценой, но не без пользы для себя. Когда его выпустили на свободу, он потерял свое положение в армии, но зато получил право на самоуважение. Для этого стоит отбыть 3 года тюремного заключения! Один писатель, говоря о милитаризме в Америке, в своей последней статье рассуждает о власти военных над гражданским населением в Германии. Между прочим, он говорит, что, если наша республика не имеет никакой другой цели, кроме гарантирования всем гражданам равных прав, то она уже одним этим оправдывает свое существование. Я убеждена, что писатель не был в Колорадо во время патриотического режима генерала Белла. Он, вероятно, переменил бы свое мнение, если бы видел, как во имя патриотизма и республики людей бросали в клетки для скота, тащили, прогоняли через границу и подвергали всяческим оскорблениям и унижениям. Этот инцидент в Колорадо не является единичным в процессе роста военной власти в Соединенных Штатах. Не проходит ни одной стачки, где войска и милиция не явились бы на помощь администрации, и где они не действовали бы так же высокомерно и грубо, как солдаты кайзера. Кроме того, мы имеем так называемый военный закон Дика. Разве писатель забыл об этом?
Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
С нашими писателями вообще происходит постоянное несчастье, – они или совершенно ничего не знают о текущих событиях, или по недостатку честности не желают говорить о неудобных для них предметах. Военный закон Дика был быстро проведен через Конгресс, дебатов при этом почти не было, и еще меньше было об этом сообщений в газетах, – этот закон дает президенту право обратить каждого мирного гражданина в кровожадного убийцу; на словах это предполагается делать ради защиты страны, а на деле ради охраны интересов той партии, представителем которой является президент.
Наш писатель заявляет, что милитаризм никогда не может сделаться в Америке такой силой, как заграницей, потому что военная служба у нас основана на добровольном принципе, а там на принуждении. Но он при этом забывает два важных факта. Во-первых, воинская повинность вызвала в Европе среди всех классов общества глубокую ненависть к милитаризму. Тысячи молодых солдат попадают в армию, протестуя против этого, и очутившись в армии, они прибегают ко всевозможным способам, чтобы дезертировать. Во-вторых, именно принудительность военной службы и создала антимилитаристское движение, которого европейские державы боятся больше, чем чего бы то ни было. Понятно, что милитаризм есть сильнейший оплот капитализма. Как только милитаризм ослабеет, капитализм неизбежно пошатнется. Правда, мы в Америке не имеем всеобщей воинской повинности; это значит, что наши мужчины обыкновенно не принуждаются вступать в армию, но зато мы развили другую, еще более суровую и требовательную силу, – это необходимость. Разве не правда, что во время промышленного застоя количество вступающих в армию увеличивается в колоссальной степени! Военная профессия, может быть, не очень выгодна и почтенна, но все-таки это лучше, чем бродить по стране в поисках работы, или стоять в очереди за хлебом, или спать в муниципальных ночлежках. Кроме того, это все-таки значит 13 долларов в месяц, еда три раза в день и место, где можно спать. Но даже необходимость не является достаточно сильным фактором, чтобы соблазнить в армию людей сильных и с характером. Не удивительно, что наши военные власти жалуются на "плохой материал", попадающий в армию и флот. Это признание чрезвычайно приятный признак, который показывает, что в среднем американце есть еще достаточно духа независимости и любви к свободе, чтобы рискнуть скорее голоданием, чем согласиться напялить на себя военный мундир.
Мыслящие мужчины и женщины во всем мире начинают понимать, что патриотизм есть слишком узкая и ограниченная идея, чтобы отвечать всем потребностям нашего времени. Централизация власти вызвала чувство международной солидарности среди придавленных наций мира, солидарности, которая представляет большую гармонию интересов между американским рабочим и его товарищем за границей, чем между американским углекопом и его эксплуатирующим согражданином; солидарности, которая не боится иностранного вторжения, потому что это приведет всех рабочих к моменту, когда они скажут своим хозяевам: "ступайте и делайте ваше дело убийства. Мы делали это слишком долго для вас".
Эта солидарность пробуждает сознание даже между солдат, которые являются плотью от плоти единой человеческой семьи. Эта солидарность доказала более чем один раз свою полезность во время прошлых конфликтов и побудила солдат во время Коммуны 1871 года отказаться расстреливать своих братьев. Она придала бодрости русским матросам, когда они подымали бунты на русских броненосцах в течение последних лет, и она приведет когда-нибудь к восстанию всех притесненных и страдающих против иx международных эксплуататоров.
Пролетариат Европы понял, какая громадная сила кроется в этой солидарности, и начал войну против патриотизма и его кровавого отражения, – милитаризма. Тысячи людей наполняют тюрьмы во Франции, Германии, России и скандинавских странах, потому что они посмели бросить вызов этому устарелому предрассудку. Движение это не ограничилось рабочим классом, но захватило представителей всех классов и положений; его главными сторонниками являются мужчины и женщины, выдающиеся в искусстве, науке и литературе.
Америка должна последовать за ними. Дух милитаризма уже распространился повсюду. Я убеждена, что милитаризм в Америке вырастает в большую опасность, чем где бы то ни было, потому, что капитализм здесь подкупает тех, кого он хочет уничтожить.
Начало уже сделано в школах. По-видимому, правительство держится иезуитского правила: "отдай мне ум твоего ребенка, и я сделаю из него человека". Детей учат военной тактике, слава военных подвигов в школе ставится выше всего, и юные умы развращаются, чтобы угодить правительству. Кроме того, всюду развешаны яркие плакаты, в которых юношество убеждается присоединиться к армии или флоту. "Прекрасный случай увидать весь мир", кричит правительственный агент. Так невинных мальчиков морально пачкают патриотизмом, и Молох милитаризма захватывает нацию.
Американский рабочий вынес так много от солдата федеральных войск и штатов, что он совершенно прав в своем отвращении и оппозиции к одетому в мундир паразиту. Однако простое отрицание не разрешает этой великой проблемы. Нам необходима воспитательная пропаганда среди солдат, – антипатриотическая литература даст ему понятие о позоре его профессии, и это пробудит в нем совесть и сознание его настоящего отношения к человеку, от труда которого зависит его собственное существование.
Именно этого правительство и опасается больше всего. Оказывается, что для солдата присутствовать на радикальном митинге есть уже государственная измена. Без сомненья, они объявят чтение солдатом радикальной брошюры также изменой государству. Но разве мы не знаем, что правительства всех времен и народов всегда каждый шаг вперед называли изменой? Те, кто серьёзно хочет работать для перестройки общества, может не обращать на это внимания и должен быть готовым на все, ибо, может быть, гораздо важнее сказать правду в казармах, чем на фабрике. Когда мы уничтожим ложь патриотизма, тогда мы очистим путь для построения здания нового, истинно свободного общества, где все национальности соединятся на основе всеобщего братства.
1917
Наш писатель заявляет, что милитаризм никогда не может сделаться в Америке такой силой, как заграницей, потому что военная служба у нас основана на добровольном принципе, а там на принуждении. Но он при этом забывает два важных факта. Во-первых, воинская повинность вызвала в Европе среди всех классов общества глубокую ненависть к милитаризму. Тысячи молодых солдат попадают в армию, протестуя против этого, и очутившись в армии, они прибегают ко всевозможным способам, чтобы дезертировать. Во-вторых, именно принудительность военной службы и создала антимилитаристское движение, которого европейские державы боятся больше, чем чего бы то ни было. Понятно, что милитаризм есть сильнейший оплот капитализма. Как только милитаризм ослабеет, капитализм неизбежно пошатнется. Правда, мы в Америке не имеем всеобщей воинской повинности; это значит, что наши мужчины обыкновенно не принуждаются вступать в армию, но зато мы развили другую, еще более суровую и требовательную силу, – это необходимость. Разве не правда, что во время промышленного застоя количество вступающих в армию увеличивается в колоссальной степени! Военная профессия, может быть, не очень выгодна и почтенна, но все-таки это лучше, чем бродить по стране в поисках работы, или стоять в очереди за хлебом, или спать в муниципальных ночлежках. Кроме того, это все-таки значит 13 долларов в месяц, еда три раза в день и место, где можно спать. Но даже необходимость не является достаточно сильным фактором, чтобы соблазнить в армию людей сильных и с характером. Не удивительно, что наши военные власти жалуются на "плохой материал", попадающий в армию и флот. Это признание чрезвычайно приятный признак, который показывает, что в среднем американце есть еще достаточно духа независимости и любви к свободе, чтобы рискнуть скорее голоданием, чем согласиться напялить на себя военный мундир.
Мыслящие мужчины и женщины во всем мире начинают понимать, что патриотизм есть слишком узкая и ограниченная идея, чтобы отвечать всем потребностям нашего времени. Централизация власти вызвала чувство международной солидарности среди придавленных наций мира, солидарности, которая представляет большую гармонию интересов между американским рабочим и его товарищем за границей, чем между американским углекопом и его эксплуатирующим согражданином; солидарности, которая не боится иностранного вторжения, потому что это приведет всех рабочих к моменту, когда они скажут своим хозяевам: "ступайте и делайте ваше дело убийства. Мы делали это слишком долго для вас".
Эта солидарность пробуждает сознание даже между солдат, которые являются плотью от плоти единой человеческой семьи. Эта солидарность доказала более чем один раз свою полезность во время прошлых конфликтов и побудила солдат во время Коммуны 1871 года отказаться расстреливать своих братьев. Она придала бодрости русским матросам, когда они подымали бунты на русских броненосцах в течение последних лет, и она приведет когда-нибудь к восстанию всех притесненных и страдающих против иx международных эксплуататоров.
Пролетариат Европы понял, какая громадная сила кроется в этой солидарности, и начал войну против патриотизма и его кровавого отражения, – милитаризма. Тысячи людей наполняют тюрьмы во Франции, Германии, России и скандинавских странах, потому что они посмели бросить вызов этому устарелому предрассудку. Движение это не ограничилось рабочим классом, но захватило представителей всех классов и положений; его главными сторонниками являются мужчины и женщины, выдающиеся в искусстве, науке и литературе.
Америка должна последовать за ними. Дух милитаризма уже распространился повсюду. Я убеждена, что милитаризм в Америке вырастает в большую опасность, чем где бы то ни было, потому, что капитализм здесь подкупает тех, кого он хочет уничтожить.
Начало уже сделано в школах. По-видимому, правительство держится иезуитского правила: "отдай мне ум твоего ребенка, и я сделаю из него человека". Детей учат военной тактике, слава военных подвигов в школе ставится выше всего, и юные умы развращаются, чтобы угодить правительству. Кроме того, всюду развешаны яркие плакаты, в которых юношество убеждается присоединиться к армии или флоту. "Прекрасный случай увидать весь мир", кричит правительственный агент. Так невинных мальчиков морально пачкают патриотизмом, и Молох милитаризма захватывает нацию.
Американский рабочий вынес так много от солдата федеральных войск и штатов, что он совершенно прав в своем отвращении и оппозиции к одетому в мундир паразиту. Однако простое отрицание не разрешает этой великой проблемы. Нам необходима воспитательная пропаганда среди солдат, – антипатриотическая литература даст ему понятие о позоре его профессии, и это пробудит в нем совесть и сознание его настоящего отношения к человеку, от труда которого зависит его собственное существование.
Именно этого правительство и опасается больше всего. Оказывается, что для солдата присутствовать на радикальном митинге есть уже государственная измена. Без сомненья, они объявят чтение солдатом радикальной брошюры также изменой государству. Но разве мы не знаем, что правительства всех времен и народов всегда каждый шаг вперед называли изменой? Те, кто серьёзно хочет работать для перестройки общества, может не обращать на это внимания и должен быть готовым на все, ибо, может быть, гораздо важнее сказать правду в казармах, чем на фабрике. Когда мы уничтожим ложь патриотизма, тогда мы очистим путь для построения здания нового, истинно свободного общества, где все национальности соединятся на основе всеобщего братства.
1917